Дорасти до неба

Я не успела досмотреть все картинки, потому что… Мирланда! Я вспомнила! И почти наяву услышала, как осыпается осколками стенка, закрывавшая мой разум. Я инстинктивно сжалась в комок, чтобы меня не искромсали острые стеклянные лезвия. И тут на меня обрушился ураган. Ураган чувств, мыслей, воспоминаний и – боли.

Кажется, я застонала. У меня болело буквально всё, абсолютно все части тела.

– Тася! – услышала я тот же самый голос где-то совсем рядом.

– Мири! – отозвалась я, пытаясь не свихнуться от безумной, затуманивающей рассудок боли.

– Потерпи немного, сейчас тебе станет легче.

– Угу, – прохрипела я. На более длинную речь просто не было сил.

По телу словно пробежала прохладная волна. Сверху вниз, от головы к ногам. И действительно, мне стало легче. Боль не исчезла совсем, но словно бы отодвинулась, и стала почти терпимой. Зато накатила жуткая слабость. В таком состоянии я, наверное, и комара бы не смогла прихлопнуть. Но это все равно было лучше.

– Уф-ф, – отпыхиваясь, произнесла Мирланда. – И как только тебе вообще удается здесь хоть какая-то магия?

– С трудом, если честно, – ответила я, переводя дух, и тут, наконец, сообразила:

– Это что, теперь ты у меня в гостях?

– Да, Светлая дала мне такую возможность. Она сказала, что ты в беде, и что тебе нужна моя помощь, иначе ты можешь погибнуть.

– А где я сейчас?

– Не знаю. Но если ты откроешь глаза, то мы сможем осмотреться.

– Сейчас, дай минутку, только слабость немного уйдет.

– Конечно, отдохни. Я подожду.

Я лежала, тихо охреневая. Я… Мирланда… Нет, это, конечно, здорово, что она теперь может ко мне приходить. Хотя бы изредка. Но… наверное, я просто все еще в шоке от самого факта ее появления.

Слабость понемногу уходила. Я попыталась пошевелить пальцами – вроде, удалось. Теперь надо попробовать открыть глаза… не открываются. А если руками? Я тяжело, с усилием, приподняла руку, поднесла ее к лицу и охнула: там, если судить по ощущениям, был сплошной синяк. Да еще и крови хватало.

Я дотянулась до глаз: сплошная подушка гематом. Даже прикоснуться больно, не говоря уже о том, чтобы раздвинуть и осмотреться. Да уж…

– Мирланда!

– Да, Тася!

– Ты ведь сейчас… то есть, недавно, пыталась меня лечить магией?

– Да, и не пыталась, а лечила. Но как-то тяжело это далось. Там, в моем мире и в моем теле, и усилие требуется намного меньшее, и устаешь не так сильно.

– Понятно. Как ты думаешь, можно мне уже магичить или еще нет?

– Ты знаешь, Тася, я бы на твоем месте еще немного отдохнула. А что?

– Да вот боюсь, что если хоть немного не залечу лицо, то глаза у меня так и не откроются. Кстати, тебя сюда, ко мне, надолго отпустили?