«Мы — там и здесь» [Разговоры с российскими эмигрантами в Америке]

Мы с ним, как выяснилось, почти ровесники. Юность наша совпала с началом войны. Жестокая эпоха изрядно отыгралась на нас. Я побывал в ленинградской блокаде, а потом на фронте. Его, уроженца Гомеля, немцы угнали в Германию в качестве "остарбайтера". После войны я, нищий и бездомный, пытался прорваться в профессиональные журналисты. Петр, сидя в лагерях Ди-Пи, всячески крутился, чтобы союзники, не дай Бог, не вернули его в СССР. В конце концов каждый из нас к своей цели пробился. Петр Николаевич стал американским инженером и видным общественным деятелем, я — советским литератором, в тайне писавшим запретные книги. Жизнь за полвека склепала каждого из нас на свой лад. Мы — разные. В частности, по-разному относимся к вопросу о своей национальной принадлежности. Нелёгкий эмигрантский путь вызвал у Будзиловича повышенные национальные чувства. В разговоре он снова и снова возвращается к своей русскости. У меня многочисленные неприятности, связанные со сталинским и послесталинским государственным антисемитизмом, обострённых еврейских чувств почему-то не вызвали. Даже угрозы кагебешников, выдворявших меня из страны, не побудили ехать в Израиль.

К национальным чувствам Петра Николаевича я отношусь с уважением. Для него это не пустые слова. В частности, Будзилович с группой таких же страстных националистов основал в США сообщество земляков — Конгресс русских американцев (КРА). Объединение это отметило недавно четверть века своего существования. Создание такой организации — дело вполне рациональное. В США насчитывается два миллиона этнических русских. Кто-то же должен представлять и защищать их интересы. Такого же мнения держатся, очевидно, и власти страны. Борьбу Будзиловича в поддержку прав своей этнической группы они отметили высокой государственной наградой: медалью почёта "Эллис Айленд". И всё-таки в политических взглядах земляка приемлимо мне далеко не всё. Петр Николаевич несколько раз в нашем разговоре повторил слова "русофобы", "русофобия". Ненавистниками русских эмигрантов выступают, по его мнению, леваки-профессора американских университетов, которые постоянно смешивают понятия "русский" и "советский”. Профессора эти, а следом за ними американские журналисты и кое-кто из политиков, годами проводят в своих лекциях, статьях и выступлениях идею о нераздельности истории дореволюционной России и нынешней советской политики. У широкой публики такого рода речи создают представление, что русский народ в целом и коммунисты — одно и то же. Это они, русские, угнетают остальные народы, населяющие Россию.

Для русских, поселившихся после войны в США, наиболее болезненно прозвучал закон 86–90 о порабощенных народах (1959 г.). В том законе были перечислены все народы, попавшие под пресс коммунистического режима… кроме русского. Получалось, что русские — народ-злодей, поработивший несколько сот национальностей, но сам от коммунизма абсолютно не пострадавший. Основатели Конгресса русских американцев (КРА) как одну из важнейших целей своей организации поставили не допускать впредь публичного смешения понятий "русские" и "коммунисты". Позднее возникла необходимость бороться и против укоренившегося в здешней прессе оскорбительного выражения "русская мафия".