Суженая из другого мира. Наши в Блонвуре

Эрика обалдело посмотрела официанту вслед:

— С чего бы это?

— Может, с того, что новая вывеска увеличила им выручку?.. — предположил Вайлд.

— Так это ты её нарисовал? — наконец догадалась Эрика.

— Ну да. — Конечно, парню давно хотелось похвалиться, что столь приглянувшееся ей творение вышло из-под его кисти. Только хвастаться в открытую он не считал верным ходом и всё искал подходящий случай.

— Об этой подвернувшейся тебе работе ты говорил мне утром?

— Угу. Я зашёл сюда вчера вечером и предложил свои услуги в качестве художника. Хозяин заведения, на удачу оказавшийся здесь в столь поздний час, выдал мне всё необходимое для работы и сказал, что заплатит только в том случае, если ему понравится результат. Я согласился.

Того пегаса, кстати, оказывается, рисовал его партнёр по бизнесу, который, впрочем, впоследствии вышел из дела. Сам хозяин тоже немного рисует и даже пытался переделать вывеску, но ничего путного у него не вышло. Тогда он задумался о том, чтобы вообще сменить название ресторана, только всё руки не доходили.

Но мой пегас вызвал у него прямо восторженную реакцию, и заплатил он весьма щедро.

— Другой реакции твой пегас и не мог вызвать, — уверенно заявила Эрика. — У тебя талант! Настоящий талант! Тебе бы картины писать, а не крутить баранку. Впрочем, это, конечно, твоё дело… — смутилась девушка, понимая, что указывать ему, чем заниматься, у неё нет никакого права.

— Я подумаю, — улыбнулся Вайлд.

***

Вечером на третий день их знакомства Вайлд предложил прогуляться в парке, решив, что безлюдные аллеи определённо не лишены романтики. Там можно будет и в объятиях Эрику согреть, когда, устав бродить на костылях, она захочет присесть на скамейку.

Девушку его идея несколько удивила – ночной парк, тем более, зимой, не самое безопасное место. Однако возражать она не стала, с одной стороны, не желая выглядеть трусихой, а с другой, опасаясь обидеть его – подумает ещё, будто она считает, что он неспособен её защитить.

А ведь действительно оказался неспособен. Когда из темноты на аллею вынырнули шестеро, Вайлд порядком растерялся, про себя проклиная свою неосмотрительность – не маг ведь он нынче! Вот и места для прогулок следовало выбирать соответствующие его никчемному статусу.

— Ну что, птенчик, гони деньги и девку! — нагло осклабился главарь, сверкнув перед носом Вайлда острым ножом.

Вайлд зарычал в ярости – отдавать уродам деньги он точно не собирался, а Эрику – тем более! Вот только был один против шестерых и даже драться толком не умел.

— Так ты у нас не птенчик, а щенок? — продолжил изгаляться главарь, по-своему отреагировав на рык жертвы. — Может, тебе ушки купировать, чтобы не сотрясал воздух понапрасну?

Тем временем трое его подручных уже потащили отчаянно вырывавшуюся Эрику к кустам, двое схватили самого Вайлда, а главарь принялся ощупывать его карманы.

Каким-то образом Вайлду удалось вырваться из захвата. Он врезал главарю под дых и кинулся на уродов, готовых изнасиловать Эрику. Ему удалось отшвырнуть одного. Но тут на него навалились сразу трое – в том числе, разъярённый главарь. В последний момент Вайлд успел повернуться на спину, чтобы перехватить занесённую с ножом руку. Двое других нещадно избивали неожиданно оказавшуюся строптивой жертву, но для Вайлда сейчас весь мир сосредоточился в единоборстве с главарём – либо он отберёт у гада нож, либо тот его зарежет.