Под ласковым солнцем: Империя камня и веры

«Они бы явно победили на конкурсе размалёванных уродцев» – произнёс в мыслях Эстебан.

– Кто вы? Что вам нужно? – со страхом в голосе, но сохраняя требовательность, спросил один из «проповедников» в лиловом балахоне.

– Тут же должны быть результаты экспериментов доктора Брауна? Где они? – с недоумением вопросил Карамазов, посильнее сжав клинок.

– Кого? – человек в лиловом балахоне удивился.

– Вы его ещё называете Эхоном Пророком.

«Проповедник» почесал лысый затылок.

– Старик что ли? Да чёрт его знает. Главное не это. Главное, что люди верят.

– Во что верят? А это что за четыре разукрашенных мерзких манекена там, на тронах? – с презрением спросил Тит.

– Это наши боги! Не смей о них так выражаться! Лучше преклоните колени перед ними!– с фанатизмом выпалил один из отступников. – Иначе анафеме предадут!

– Да ладно тебе, прекращай эту комедию, они всё равно не поверят, – на выдохе сказал тот самый «проповедник» в лиловой рясе.

Карамазов быстрым движением руки вынул свой клинок и нарочно им провёл у лица отступника, так, что тот со страхом в глазах отошёл назад. Его меч, под светом огня из жаровен, переливался мистическо–золотым. Инквизитор угрожающе подался вперёд и грубо задал вопрос:

– Рассказывайте, что здесь твориться и происходит? Где доктор Браун и что вы здесь творите?

Человек в лиловом балахоне поднял взгляд на инквизитора и сокрушённым голосом стал отвечать:

– Да что тут рассказывать. После того как Конфедерация пала, корпорация всё равно продолжила свои дела, продолжала свои эксперименты один за другим. Во главе корпорации встал молодой учёный и наш друг – Ёханс. Вся его семья погибла наверху, когда взрывной волной от ядерного взрыва разрушило город. Да, семьи он лишился, и всё своё утешенье находил в этих экспериментах по созданию человека нового типа. Это сверхчеловек задумывался корпорацией как средство борьбы с Рейхом, он должен был быть сильнее, выше, быстрее и умнее. Но каждый опыт и эксперимент оказывался неудачным. И тогда Ёханс слёг, – в глазах отступника вспыхнул огонёк безумия, разжигаемый чувством гордыни и жадности. – И тогда мы решили пойти на рискованный шаг… сказать доктору, что эксперимент удался и что его образцы начали развиваться, а на самом деле эти «плоды» опять померли. На радостях он тут же объявил их своими детьми, ведь ему хотелось кому-нибудь подарить свою отеческую любовь, которую возрастил на долгом выведении и реализации плодов своего труда. А мы увидели всего лишь шанс, чтобы облегчить наше бренное существо, объявив себя кругом понтификов, а Ёханса – пророком божиим. И бедная, обделённая вашим режимом, паства к нам стала стекаться, мы обязаны им предоставить «чудо» и четверо из нас им стали. Они накрасились, надели одежды разные, чтобы шокировать людей, дать им то, чего они не видели… проклятье, а ведь все мы раньше были учёными и солидными людьми, да, жизнь расставляет свои приоритеты. – С толикой философии закончил «проповедник».