Их невинная секретарша [Their Virgin Secretary - ru]

— Ты сказала, что тебя не интересуют отношения, — слезами его не проймешь, Эрик решил не позволять ей приукрашивать случившееся.

— Нет, я сказала, что не вижу у наших отношений будущего.

Келлан покачал головой, лицо его превратилось в злобную маску. — Что ж, это прекрасно. Ну, по крайней мере, она отшила Тейта до того, как он сделал ей предложение.

На лице Бэлль отразилась боль. — Это нечестно!

Пожав плечами, Келлан повернулся к Эрику. — Послушай, приятель. Мне лучше уйти. Помочь я ничем не смогу – только хуже сделаю. Прости.

Дерьмо. В этот момент Эрику хотелось послать все к черту и вместе со своими друзьями уехать отсюда. К тому, что Келлан либо отойдет в сторону, либо вовсе выйдет из игры, Эрик был готов. Он знал, что после мучительного развода его другу тяжело будет решиться на близкие отношения. Но того, что Бэлль проснется после лучшей ночи в его жизни и заявит, что они могут уезжать в любое время, так как для нее все это не имеет значения, Эрик даже предположить не мог.

Помедлив, Келлан сжал плечи Аннабэль и заглянул ей в глаза. — Подумай о том, что ты делаешь. Если есть какая-то причина, по которой ты отталкиваешь любящих тебя мужчин, то избавься от нее. Не обрекай себя на такую же, как у меня, жизнь.

— О чем ты говоришь? Ты же сам не веришь, что из этого что-нибудь получится – это твои слова, - ответила Бэлль.

— И я все еще не верю. Но совсем недавно мне пришло в голову, что я не самый большой оптимист в том, что касается любви, — ушел от прямого ответа Келлан. — Кроме того, речь сейчас не обо мне. Подумай хорошенько, прежде чем наломать дров. Убедись, что твой поступок не продиктован местью.

— Местью? — Бэлль выглядела растерянной.

У Эрика тоже возникла подобная мысль. — Тогда, в Далласе, мы тебя сильно обидели. Ты решила, что мы тебя отвергли. Может, ты подумала, что было бы неплохо оттолкнуть нас в ответ. Но это не выход, Бэлль. Ты будешь жалеть об этом.

— Я делаю это не из мести.

— Значит, ты отталкиваешь нас, потому что боишься, — тут же ответил Эрик. Других причин ее отчужденности он не видел.

— Да, и не хочет признавать это, — покачав головой, Келлан направился к двери, ведущей в столовую.

— Боюсь чего? — с вызовом спросила Бэлль.

— Брось, Бэлль. Не прикидывайся дурочкой – для этого ты слишком умна, — Келлан толкнул дверь. — Я собираюсь проверить всех, кто приходил сюда вчера.

Бэлль открыла рот, чтобы что-то сказать, но Келлан ушел, а Эрик опередил ее, не дав возможности произнести хоть слово. — Не надо. Не будь настолько упрямой. Дай нам позаботиться о тебе. Хорошенько подумай, прежде чем произнесешь слова, уже готовые сорваться с твоих губ. Не считая последние двадцать часов, мы с тобой давно дружим, и я буду оскорблен до глубины души, если ты предпочтешь упрямство собственной безопасности. Прежде чем сказать Тейту, что он может улетать ближайшим рейсом, ты не хочешь вспомнить о том, что кто-то уже напугал тебя до полусмерти, пробравшись тайком в дом?

Из темных глаз Бэлль брызнули слезы и покатились по щекам. — Проклятье, Эрик! Ты заставляешь меня чувствовать себя бессердечным чудовищем. Я ведь не говорила ничего подобного!