Танкист-2
- Автор: Калбазов Константин Георгиевич
- Серия: Танкист (Калбанов) #2
- Язык: русский
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Танкист-2». Краткое содержание книги:
Все это мало волнует Виктора Нестерова. Он желает только одного — быть танкистом и служить своей Родине. Однако, чтобы получить даже такую малость, ему приходится напрягать все силы. Сумеет ли он встать в один ряд с теми, к кому Эфир был более благосклонен, или его удел — идти у них в кильватере? И значат ли еще что-то воля и целеустремленность в новом мире?
— Та-ак. Вечер перестает быть томным. Рассказывай, — отрезая кусочек стейка, велел он.
Виктор с тоской посмотрел на стол. Есть хотелось неимоверно. Но с другой стороны, решил, что ничего страшного не случится. Рассказ должен получиться недолгим. Угу. Это он так надеялся. На деле же, у Александра Трифоновича нашелся сто и один вопрос по поводу случившегося. Так что, пришлось рассказывать все с толком, с чувством, с расстановкой. Углубляясь даже в те мелочи, которым сам не придал значения, а потом еще и вспоминать все в деталях.
— Все понятно. Значит так. Перво-наперво избавься от своего Браунинга. Желательно выбросить в залив, чтобы с собаками не нашли.
— Зачем? — удивился Виктор.
Что ни говори, а стоит такая игрушка целых тридцать рублей. Не шутка! И вот так, за здорово живешь его выбросить!?
— Объясняю, для особо одаренных. Все характерники находятся на особом учете в ДБР. Ты, к слову, по возвращении из отпуска так же не забудь доложиться по начальству.
— Это я помню.
— Хорошо, что помнишь. Так вот, характерники делятся на четыре категории. Первая, это преподаватели в высших учебных заведениях. Вторая, директора гимназий реальных и ремесленных училищ, отвечающие за активацию подрастающего поколения. Третья, артефакторы. Четвертая, военные. И делается это именно для того, чтобы в обороте не появлялось вот таких левых артефактов. Хотя, конечно случаются проколы. Но я уверен, что этот твой Рязанцев, был вполне легальным характерником. Соответственно, его гибелью займутся мои коллеги. И уж поверь, они там все перероют и просеют через мелкое сито. Пули от Браунинга оставались в черепах?
— Ну да.
— Правильно. А что случается с инородными предметами в случае использования «Аптечки» или перерождения?
— Их выталкивает наружу.
— То есть, пули остались на месте, и могут быть обнаружены. Избавься от пистолета.
— Ясно.
— А вообще, Витя, прекращай маяться ерундой. Не нужно было тебе убивать этого Рязанцева.
— То есть они меня хотели…
— Витя, Витя, остынь. Ну хотели. Но не смогли же. Трупы бесполезны. А подчас даже приносят вред. От живых же можно извлечь пользу. Так что, думай наперед, прежде чем убивать. И уж тем более, окончательно.
— Мне не нравится получив по правой щеке, подставлять левую.
— Ну и дурак. По меньшей мере, мог бы получить прорву опыта. Все одно замазался по самую маковку. Уверен, что в этом он тебя не надул. Наверняка имел какие-то намерения в плане собственного роста.
— Или банально торговал опытом. Сомнительно, что в банке выдадут его в виде кредита или продадут тому, у кого в наличии окажутся криминальные Умения.
— Это да. Таким в банке опыт не обломится. Но все же полагаю, что даже если он что-то и продавал, заботился он в первую очередь о себе. С твоих слов, у него ведь не было ничего из ряда вон. А прошедшие инициацию всячески стараются развиваться. Упершиеся же в потолок сморят на показатели своей Сути, и чувствуют себя ущербными. Не все готовы при этом пахать, и учиться, но подняться на пару голов желают все без исключения.
— Возможно вы и правы. Только я все равно не жалею о том, что сделал.
— Даже если на тебя выйдут?
— Даже в этом случае.
— Ладно. С этим разберемся. А ты вот, что. Ехал бы в Троицк. Отпуск все же. Только на этот раз без приключений.
— Есть без приключений.
— Ешь, давай. А то и так все остыло.
— Александр Трифонович, а можете мне помочь? — беря в руки вилку и нож, поинтересовался Виктор.
— Говори.
— Мне бы купейный билет до Троицка.
— А что так? Неужто настолько впал в немилость Анне Федоровне?
— Да она меня свести с одной девушкой желает. С далеко идущими планами.
— Понятно. И общий вагон отпадает.
— Не поймет и обидится. Мне даже пусть бутафорский, я и в общем доеду.
— Что-то ты совсем уж Витя, — не сдержался от усмешки Григорьев.
— Да просто… Была бы мамка, так все просто. Она ведь родная. Поймет. А Анна Федоровна разобидится не на шутку. Она ведь мне добра хочет.
— Завтра с утра иди на вокзал прямо к военному коменданту. А уж на какой попадешь, утренний, полуденный или вечерний, будет видно.
— Спасибо.
— Пока не за что. Время отпусков. Так что, может статься, что и впрямь получишь бутафорский, а сам поедешь в плацкарте, а то и вовсе в общем. Уж прости, но выселять из-за тебя я никого не стану.
— Да мне только от Анны Федоровны отбояриться. Спасибо, — еще раз поблагодарил Виктор.
— Кстати, саквояжик, прямо сейчас занесешь по адресу, что я тебе в прошлый раз давал. Не забыл?