Демон внутри. Анатомия искусственного интеллекта

Циммер сочинил саундтреки к множеству фильмов, отмеченных «Оскарами» — это и «Человек дождя», и «Последний самурай», и «Гладиатор» — при этом его коронный номер в общем-то один и тот же. Глубинное ощущение нарастающей тревоги передается звуковой иллюзией, известной как «тон Шепарда». В самом простом варианте это выглядит так.

Одновременно звучат три последовательности нот в трех октавах. При этом верхняя последовательность звучит все выше, но все тише, громкость средней последовательности не меняется, а самая низкая последовательность звучит все выше и все громче, пока не достигает определенного предела. Далее все повторяется снова.

Сочетания звуков накладываются друг на друга, плавно вступая и плавно затихая, но выделить отдельную последовательность на фоне звучания других человеку с обычным музыкальным слухом невозможно. Возникает иллюзия непрерывно повышающегося тона, которая и создает ощущение тревоги. Эффект еще сильнее, когда последовательностей не три, а, скажем, пять, и ноты исполняются не слитно, легато, а с небольшими паузами, стакатто. Есть похожая иллюзия с непрерывно ускоряющимся или замедляющимся ритмом, которая также используется Циммером в звуке тикающих часов —для записи использовались часы самого Нолана. Нолан обожает играть со временем, сворачивать и разворачивать его в памяти, вызывая ощущение напряжения и тревоги.

Почему так происходит? Почему наш разум так легко даёт провести себя? Дело как раз в том, что мозг — не машина, он не создавался конкретно для записи или воспроизведения звуков. Для него это лишь одна из множества задач, которые он решает одновременно. Он всегда мысленно достраивает последовательности, данные в ощущениях, чтобы быстрее сформировать семантический образ —то есть сформулировать в подсознании, что это он слышит. Понимание происходит, минуя сознание, то есть практически мгновенно: эволюция научила человека, что реакция на звук приближающегося тигра не должна быть слишком долгой. В случае с тоном Шепарда верхняя тональность, когда затихнет, как бы становится нижней, но мозг не замечает изящно выстроенной петли, потому что сразу ведется на постоянно восходящие тональности, а они как бы все время подхватывают друг друга, и кажется, что тон, который мы слышим, без остановки идет вверх. Паузы между нотами оставляют еще больше места для работы мозга, который деловито связывает звуки друг с другом в соответствии со своим уже сформированным семантическим восприятием происходящего.