Искатель, 2018 №8

— Вот негодяй! И правильно, что его убили.

— Не принимай ни одну из этих двух сторон. Те и другие — преступники.

— Значит, Лагоев и компания откупились общаком?

— Вроде как. А спустя несколько дней Вязова убивают. И надо же было такому случиться, что как раз в это время к нам приехала комиссия из Москвы. Слишком много нареканий было на работу местной милиции. Бандиты испугались не на шутку и бросились в бега. Рогов не вылезал из Кочек, где жил у бабки. А Смагин и Гусев мотались по стране долгие годы. Порознь. На прощание Смагин подарил Лагоеву тот самый кастет.

— В память о лихих делах?

— Сомневаюсь. Скорее всего, чтобы потом, если что, все валить на Артура Рафаиловича. Это было в его стиле. Подставлять других.

— А на что же они жили? Смагин и Гусев.

— Гусев стал профессиональным альфонсом, а Смагин воровал, грабил, сидел. И снова воровал, грабил, сидел. Если ты помнишь, он еще в первый раз на зоне сдружился с Гусевым, а с Роговым дружил с детства, и Рогов стал у них своего рода почтовым ящиком. Через него они поддерживали связь.

— А Смагин, Юнусов и Лагоев?

— Они остались в городе. Притихли. Вроде как залегли на дно. Со временем Смагину опостылели отсидки, и он последовал примеру Гусева — подыскал себе Анну Тимофеевну. И все бы так и закончилось мирно и тихо, если бы в одну из редких вылазок в город Рогов не узнал, что Лагоев расцвел, обзавелся универсамом, Юнусов — автомастерской и Лосев тоже не бедствует, и сообщил об этом Смагину и Гусеву. Подельники вмиг смекнули, в чем дело, и объявились у нас в городе шантажировать Артура Рафаиловича.