Игра в куклы [сборник litres]

– Славка, ты просто молодец! И Розочка твоя умница! – Ярик заметно повеселел. – Теперь мы точно найдем, куда родители уходят! И все исправим!

Как ни жаль было возвращать Ярика с небес на землю, но Жану пришлось поумерить его пыл:

– Найдем и исправим, сто процентов. Только, думаю, лучше, если нас не будет слышно за несколько километров.

Смущенный Ярик запечатал рот ладонью. Он хоть и покраснел слегка, но в глазах плясали чертята, подстрекающие на глупость и безрассудство. Жан тяжело вздохнул и то ли приказал, то ли попросил, обращаясь к слонихе:

– Веди!

И слониха повела. Повернула направо, уверенно потопав в обратную сторону. Впрочем, уже через пару поворотов Жан начисто потерял ощущение направления. Стелющиеся под ногами болезненные растения, пружинистый мох, радикулитные кусты и камни, камни, камни, камни, камни – вот и все, чем радовало взгляд бесконечное Болото. Но центр лабиринта, хоть и неохотно, подползал все ближе.

– Жан, а ты не думал, что проще идти по прямой? – Лена подошла довольно шумно и спросила вполголоса, но Жан, убаюканный монотонным походом, все равно вздрогнул:

– Ты о чем?

– Мы же к центру идем, так? Если я правильно помню, у карельских лабиринтов центр всегда напротив входа расположен. Почему бы нам не пойти напрямик, вместо того чтобы блуждать тут, круги наматывать? Я хочу сказать, эти камни – они же не очень-то высокие…

– Я думал об этом. Но вот какое дело… ты видела другую дорогу, прежде чем мы на нее повернули?

– Эм-м… – Лена запрокинула голову, пытаясь вспомнить.

– Не мучайся, я точно знаю, что не видела. Мне кажется, дорог этих и нет вовсе до тех пор, пока мы к ним не придем. И поворотов этих нет, пока мы их не увидим. И только когда поворачиваем, проходим короткий отрезок, чтобы выйти на следующий виток лабиринта, вот тогда он и появляется.

– Звучит бредовенько, – честно призналась Лена.

– Не бредовей, чем все остальное, – Жан красноречиво стрельнул глазами в Розочку, неестественно яркую на фоне угрюмого болотного полотна. – Почему мы не догнали тех двух взрослых? Почему нас еще никто не догнал? Я думаю, у каждого тут, в лабиринте, свои тропы. – Он помолчал, взвешивая, стоит ли делиться с Леной своими наблюдениями, и в конце концов решил, что уж с кем с кем, а с ней точно можно. – Но дело даже не в этом, – отбросив сомнения, сказал Жан. – В конце концов, можно даже проверить. Точнее, можно было бы, если…

– Что-то не так?

– Приглядись, – Жан устало хрустнул шеей. – Только так, знаешь… краем глаза. Прямой взгляд они чувствуют.

– Да кто «они»? Куда смотреть-то? – забеспокоилась Лена.

– За границы, – тихо сказал Жан.

Сам он давно уже поглядывал периферийным зрением туда, за валуны, за пределами которых Болото утрачивало налет цивилизованности, прекращало притворяться дорогой и становилось тем, чем и являлось, – дремучей жадной прорвой. Там, едва различимый среди кочек и проплешин со стоячей водой, тянулся след. Дерн тихонько вспучивался, когда под ним проползало нечто, недостаточно видимое, чтобы орать от ужаса, но достаточно явное, чтобы…