Грудь в крестах

Ну да, тут кто-то сзади — в этого гада винтовку кинул. Не штыком, нет — просто как биту городошную. Ну да, метр с лишним дерева и железа, в четыре кило весом — тоже не подарок. Этот ее, винтовку бишь, летящую аж волчком, отбить-то успевает, как отмахнулся просто — хотя по ноге ему все ж и заехала прикладом. Да только, это все уже пустое, неважно все это. Затвор я закрыл, и тут же в него — на. Снизу вверх, куда-то в пузо. И все. Как сдули его, опадать начинает на глазах. Да только штыком в меня метит все одно, помирая — все заколоть норовит. Срочно свой карабин бросаю, да хватаю его винтарь вытянутыми руками за ствол прямо, у мушки. Да так и держу, как в дурном кино, секунды три, пока тот помирает. Похрипел, кровища со рта пошла, и стекает он весь вниз, я его же винтовкой, прикладом его и отталкиваю. Пока карабин подобрал, да огляделся — уже и драка кончилась — драпанули валашцы, а наши за ними без приказа не пошли, только с колена сидя некоторые вслед сыпят. Ну, тут уж и свистки дают — все в траншею! Только ссыпаемся все вниз — первая шрапнель трещит над нейтралкой — отсечный дают валашцы, а потом и наши вдогон их пехоте подсыпают. Фух… вроде отбились…

Надо будет что-то придумать. Или штык все же на карабин прилаживать, или револьвер по-фашистски на пузо справа перед дракой передвигать. И гранат брать побольше и не стесняясь ими пользоваться. А еще лучше — не ходить в атаки. По крайней мере, впереди. Ну ж его к чорту, убьют еще.

… Кроме Бруно потеряли мы всех наших троих киборгов убитыми. Ну или может, раненными тяжко — но они так все и остались на нейтралке. Да и чорт с ними. Сергу руку штыком прокололи — Мари его вон бинтует, вроде неплохо у нее это выходит. Серго улыбается, шутит — помирать не собирается, и вроде даже пальцами шевелит — значит, остается в строю. У Коли отстрелена мочка уха — он весь в крови и страшно ругается. Но это ерунда, это мелочи.