Бремя феодала [СИ]

— Сеньоры, — а это к нам подошёл один из шестерых стражников в, одетых в доспехи с эмблемой герцога Картагены, до сих пор взиравших на нас издали. Одеты все шестеро были в полную броню, а вооружены — алебардами. На самом деле неплохо, на узкой улочке города даже вшестером они сильно задержат любую из наших противоборствующих группировок. — Сеньоры Валуа и Плантагенет, сеньоры наёмники, — кивнул стражник нам, потом другим окружающим нас воинам сопровождения. — Мы представляем магистрат, и я от имени главы города и герцога хочу сообщить, что данные люди, — кивок на «псов», — являются людьми герцога Картагенского. Они наняты моим сеньором. И в случае безумия с вашей стороны, последствия будут крайне негативные… Для всего Севера, — мягко сформулровал он, не вдаваясь в подробности.

Толстый намёк на тонкие обстоятельства. Дескать, если устроим свалку — по шапке прилетит всем, кто выживет, так как местный герцог не простит уничтожения даже части своего воинства.

— Я понимаю, что у вас, сеньоры, — он указал меня и «боцмана», — могут быть взаимные недопонимания, но господь упаси, — а это кивок Берни и его наставнику, маячащему за плечом, — вводить в ваши личные разборки других людей. Мы обязаны следить, чтобы бой был честным, и предупреждаю всех, кто готов помешать честной дуэли, вы наживёте себе серьёзных врагов!

— Вас всего шестеро, — хмуро бросил я. — Но, сеньор сотник, я понимаю, какая сила стоит за вами. — Посмотрел на капитана «псов». — Сожалею, сеньор Себастьян, но я не намерен приносить извинения перед вашим человеком. И точно также мне не интересны его извинения. — Перевод взгляда на главстража. — Сеньор сотник, я готов дать обещание от имени своего отца, что мои люди не будут бросаться в бой в случае, если покину эту площадь ногами вперёд. Вас успокоит такое обещание?

Берни рядом зацокал и закачал головой. Не одобрял, что я постоянно даю слово, зная, что через миг буду его нарушать. Бедное дитя рыцарской эпохи, вот из-за таких, как он и пришли в итоге к власти подлые лавочники, для которых не было ничего святого. Честь всё же неплохая штука, если блюсти её не настолько фанатично.

А может это просто я такой «подлый», в смысле неблагородный? И потому поступки мои подлы?

Чёрт знает. Но я однозначно буду апгрейдить этот мир. И с карикатурным благородством мне точно не по пути.

— Хорошо, сеньоры, — печально вздохнул главстраж. — В таком случае правила. У вас был уговор относительно правил?

— Бьёмся! — А это зло рыкнул «боцман», глядя на меня сверху вниз, как удава на кролика. — И либо выживает сеньор Валуа, либо я.