Венецианский купец

— Покажи договор ваших отношений? — попросил отец, протягивая руку.

— М-м-м, мы на словах договаривались, — стушевался я.

— Вот и первая твоя ошибка, — хмыкнул он, — всё нужно прописывать каждым пунктом, и подписи там должны стоять не только твоя и его, а ещё двух-трёх уважаемых людей.

— Я помогу тебе составить хороший договор, — произнёс он.

— А если он его откажется подписывать, ведь оммаж я уже принёс и не смогу отказаться принять участие в продолжении компании? — нахмурился я, от возможных перспектив.

— Что же, тогда у тебя будет только один выбор, надеяться на его честность и порядочность, — хмыкнул Энрико, — что, зная королей и императоров, очень уж это бесперспективное дело.

— Да уж, а чего стоят тогда все эти высокие слова? Благородство? Слово чести? — скептически спросил я его.

— Они есть, когда есть подписанный договор, и только так.

— И что же делать сейчас?

— Расскажи мне подробности ваших договорённостей.

Я стал рассказывать, а поскольку на память не жаловался, то дословно.

— Хм, вот для чего ты попросил отправить письмо в Англию, — понял он, — предупредил королеву-мать?

— Предложил, чтобы она поговорила с Ричардом и если он извинится, я помогу ему, — признался я в своих дальнейших планах.

— Извиниться? Король? — отец рассмеялся, — как же ты наивен мой маленький сын.

— Ну а что, дать Генриху захватить Англию? Он тогда слишком уж усилится, — нахмурился я, — зачем нам под боком такой сильный сосед, который к тому же ещё с Генуей и Пизой дружит, а не нами.

Энрико задумался.

— Тут ты рассуждаешь верно, — согласился он, — такое не в интересах Венеции. Если доверяешь мне, давай я от твоего имени займусь переговорами с английским престолом, чтобы тебя очередной раз не обманули.

— О, ты бы мне очень помог, отец! — обрадовался я, — спасибо! Мне это сильно развяжет руки и позволит заняться Сицилией, раз уж я в это ввязался.

— Этот тот невероятный случай Витале, что, действуя как отец, я одновременно с этим выполняю и обязанности дожа, — улыбнулся он, — ты слишком в высоких кругах стал обитать, не свались оттуда.

— Не всегда от меня зависит, — я пожал плечами, — тогда договорились?

— Да, конечно. Только и у меня будет тогда к тебе просьба, помирись с дядей Джованни.

Я скривился, словно съел лимон.

— Витале, я прошу. В семье не должно быть конфликтов, ещё и таких серьёзных.

— Если поможет мне решить одно дело, то так и быть, я забуду его поступок, — согласился я, поскольку упираться, когда отец только что снял с тебя проблему, было глупо и не красиво.

— Договорись, только найди его сам.

— Обещаю, — я пожал протянутую руку и отец, поднявшись, вышел из комнаты.