Сердце в залоге

- Но это наш ребенок, Миша, понимаешь? Я просто не могла… Ну вот есть он у нас, я так чувствовала, - пыталась втолковать ему Марина, в свою очередь обнимая его со всей, не особо большой на тот момент, силой.

Он не спорил, но поглядывал так, будто она бред несла. А Марине не оставалось ничего другого, как послушно лежать в постели, выдерживая капельницы и инъекции, пытаться что-то съесть. Рисовала и читала книжки Николь, которая с удовольствием толклась у матери в комнате сутками, только на улице гуляя по паре часов с бабушкой и дедушками.

В общем, непросто то время для всех прошло. Зато когда Мише на руки сына дали… Он, в принципе не отличающийся суеверием или религиозностью, заявил, что назовут они его Богданом. Потому как без вмешательства высших сил в эту ее авантюру все навряд ли решилось бы благополучно. Марина не спорила. Имя красивое. И да, ей пришлось дать любимому клятву, что больше она подобного не устроит… Ну и, в общем, Миша теперь предельно внимательно следил за тем, как она принимала таблетки (Ха, кто бы сомневался?! Не Марина). И даже готов был сам пойти на операцию, если Марине по какой-то причине станет тяжело или некомфортно продолжать прием. Но она пока его удерживала от таких кардинальных мер. Ну и счастлива была, имея двоих детей. А учитывая, что Миша допустил ее полноценно к работе (видимо, чтобы никаких больше идей в голову не приходило вообще), то честно признавала, что и времени особо не хватит на еще гипотетически-возможные беременности. Но своих детей она обожала. Да и Миша в них всех души не чаял, что и не скрывал.