Кто ты, моя королева

Осознать-то я осознала, а вот что с этим осознанием дальше делать, решить так и не смогла. Ушли уже все визитёры, Симон зашёл сообщить мне, что Сельма подписала договор на должность личного лекаря королевы и завтра обязуется приступить к службе, а ещё придут швеи, чтобы обновить мои мерки. Вечер вступал в свои права, а я всё думала и думала. И не придумала ничего лучше, чем оставить всё, как есть. Слишком мало времени прошло, слишком сложный мужчина мне достался с тяжёлым багажом прошлого, слишком мало мы ещё знаем друг друга. Он многое мне дал, многим поступился. Может и чувства появятся. Ведь живой же он человек. А я ему нравлюсь. Кажется. Разве стал бы он проявлять столько заботы, если был бы ко мне равнодушен? И выносить мозг мужику, требуя то, чего дать он пока не готов, я точно не собираюсь. Поживём – увидим.

Яр не сказал, когда именно придёт, поэтому я решила приготовиться заранее. Приняла душистую ванную, со всякими ароматными притираниями, попросила Жанис подобрать мне самое соблазнительное ночное одеяние, благо мне доставили новую одежду, которую незадолго до отравления заказывала Тэрэса. Молодая служанка отличилась, явив мне чёрную полупрозрачную сорочку, и кружевной пеньюар. Я сначала немного посмущалась, а потом решила, что туплю. Муж завтра уезжает на несколько дней. Вот хочу, чтобы он даже не думал пялиться по сторонам, чтобы хотел вернуться ко мне. Надеваю и соблазняю. Одну сорочку. Вот. Степесняшки долой! Чай, не девочка. Посматривая на меня с лукавым любопытством, расторопная камеристка расчесала до блеска мои волосы и собрала в свободную красивую косу, которую будет легко распустить. И ушла. А я подумала, подумала, и решила… почитать. Ну не на балдахин ведь осточертевший мне любоваться в ожидании монаршего визита. А так, и время скоротаю,  и оправдаю собственную просьбу к Таю. Книги он ведь принёс, но они всё так же лежат на прикроватном столике нетронутые. Естественно, что беру ту самую, про мальчика-попаданца наоборот. Интересно ведь. Так что, удобно устроившись на своей огромной кровати, лёжа на животе и скрестив в воздухе ноги, я нырнула в образец местной литературы.