По поводу прошлой ночи

— Ха!

Разговор протекал легко, и хотя Дэйву нравилось со мной флиртовать, я дала ему понять, что между нами ничего не произойдёт. По моему мнению, он был безобидным.

В уголках его карих глаз плясали искорки, когда он провёл рукой по своим золотистым волосам.

— Миа, когда же мы поженимся?

Я притворилась, что задумалась.

— Я не знаю. Думаю, я свободна в октябре, через три года.

Он подмигнул мне, его губы растянулись в улыбке.

— Ради тебя, я подожду.

Я закатила глаза и, улыбнувшись, отпила свой напиток. Я повернулась к Николасу и спросила, как у него дела. Он отпил своё пиво и наклонился вперёд, ближе, так, что ему бы не пришлось кричать свой ответ. Как только он открыл свой рот, чтобы ответить, он что-то увидел у меня за плечом и отстранился, неверие было написано на его лице.

Посмотрев через плечо, я увидела её. Я выскользнула из кабинки и начала пробираться через толпу, чтобы встретить её. Она с тревогой осматривалась вокруг, пока не заметила меня. Она вздохнула.

— Я думала, что слишком опоздала.

Я улыбнулась Эддисон, которая абсолютно отличалась от той, которую я всегда видела. Она была в светло-голубых джинсах, рваных на колене, кремовой майке и белых элегантных мокасинах. На ней не было макияжа, а ее белокурые волосы не были уложены, выглядя мягкими и только что вымытыми. Это было таким контрастом по сравнению с тем, как она выглядела на работе.

— Нет, мы здесь. Пойдём. Что ты пьёшь?

Она провела рукой по своим волосам.

— Что-то фруктовое, я полагаю. Как насчёт «Пушистого утёнка»?

Мы пошли к бару, и я записала напиток Эддисон на свой счёт. Как только она взяла в руки свой коктейль, мы пошли к своей кабинке. И вот тогда она заметила Николаса. Она застыла на полпути.

— Ох. Я и не знала, что Николас будет здесь. — Она тяжело сглотнула. — Чёрт. Это неловко. Я думаю, мне следует уйти.

Но Николас все ещё не отводил взгляд от Эддисон, и он смотрел на неё как-то по— другому, с любопытством. Я наблюдала за тем, как он смотрел на неё, и решила за неё.

— Нет, все хорошо. Садись. Расслабься.

Элла, Пип, Дэйв и Франсин наблюдали в полном замешательстве, как я привела с собой Эддисон. Николас продолжал изучать ее лицо так, будто бы видел её впервые. Я объяснилась.

— Ребята, я пригласила Эддисон. Надеюсь, вы не против. — Я сказала это так демонстративно, будто бы говоря: «Если у вас есть с этим проблема, тогда засуньте её в задницу, потому что она остаётся».

Ник заговорил первым.

— Эддисон.

Она неуверенно улыбнулась. Ее голос дрожал.

— Николас, привет, — Она осмотрела всех в кабинке, и я знала, что она чувствовала себя не в своей тарелке. — Здравствуйте.

Он пристально смотрел на неё, и я чувствовала, как она ёрзала рядом со мной. Я была невероятно благодарна, когда он кивнул подбородком на место в кабинке.

— Присаживайся. Мы только что разговаривали о сделке с «Мэджинти» и как мы можем усовершенствовать их утратившие актуальность Рождественские ужины.

Мы все в полнейшей тишине, задержав дыхание, ждали, как же она отреагирует. Эддисон стояла ещё мгновение, прежде чем сделать глубокий вдох, а затем медленно выдохнула. Я села в кабинке, а она села рядом со мной. Затем она начала.