Воин на полставки

– Ваньян! – вскочила я с места, как ужаленная и принялась вертеть головой из стороны в сторону в поисках духа.

– Что случилось? – встрепенулась следом за мной Лан Сяо, сидевшая по левую от меня руку.

– Он вышел!

Вдох изумления прошелся по толпе монахов. Словно они и сами могли увидеть его, каждый посчитал должным рассредоточиться по залу и заглянуть в каждый его уголок. Души и след простыл. Может, авторский ритуал спугнул его? Подумал, что я какая-то психически нездоровая женщина, место которой в дурке зарезервировано, и ретировался, пока фаза рецидива не пройдет.

– Мой ритуал призвал душу, – сообщила я во всеуслышание, повернувшись к многочисленным свидетелям в белых тогах. – Но показываться мне на глаза она не пожелала.

– Иль кто-то обделен умом, – добавил обладатель косы, назидательно выставив указательный палец, но постаралась не обращать на него внимание. Сам уйдет.

А дядюшка Ли снова пришел точно, как по часам. Именно в тот момент, когда мне уже нечего было сказать и никак не выкрутиться, толстяк возник на пороге и обвел всех участников таинства тяжелым взглядом.

– Что за сборище?

– Она призывала духа! – ткнул в меня пальцем рандомный человек из толпы.

Всё, что мне оставалось – неловко улыбнуться и пожать плечами. Мы ведь учимся на своих ошибках. Кому, как не мудрецу, это понимать?

– Процесс оказался столь увлекателен, что сбор на медитацию вы пропустили? – скрестил дядюшка руки на груди и сурово сдвинул брови. – Марш всем во двор!

– Да, Мастер Ли…

– Простите, Мастер Ли!

– Уже идем, Мастер Ли!

Теперь монахам не было до меня никакого дела и это хорошо. Но сегодня меня ждал еще один сюрприз.

– А ты чего застыла, Да Йэн? – настала и моя очередь огребать. – Идешь вместе со всеми. Занятия медитации и тебе не повредят.

Медитация… Я уже и забыла, насколько опасное это занятие для моих неокрепших энергетических потоков.

В этот раз моя энергия Ци повела себя более предсказуемо и ничего не взорвалось. Это хорошая новость. Плохая – из-за отсутствия сна я так и не смогла сконцентрироваться на энергетических потоках. Короче, заснула сладким сном, сидя в позе лотоса и свесив голову.

Не знаю, сколько длился сеанс общей медитации, но когда проснулась, солнце уже клонилось к закату, а рядом со мной не было ни души. На целый мощеный двор только я одна сижу в центре и сонно хлопаю глазами. Лучше не думать о том, какими взглядами меня провожали монахи, уходящие отсюда. Всего за один день так сильно подмочить свою репутацию – это ж талант нужен!

Живот призывно заурчал. Я ж еще и обет соблюдаю, по всем канонам. Не сплю, не ем, переживаю за благо императорской армии. Но не этим заниматься должна, не этим.

Сперва наведалась в зал, в котором и ритуал проводила, и книги оставила. Все последствия ритуала благополучно испарились, наверняка, не без помощи настоятеля. А вот книги я забрала. Всю ночь теперь могу полуночничать. Выспалась же отлично.

– М-м-м…

И кто это собирался стать образцово-показательным воином? И мастером своего дела. Кто собирался навалять всем, кому наваляется, и решить всё, что требовало решения? Неужели, я?

Ястребиный крик отвлек меня от размышлений о своем шатком положении. Крупная птица приземлилась на резную оконную раму, ухватилась за нее толстыми когтистыми лапами и принялась начищать перья.

Ястребы и соколы в Золотой Империи, насколько я помнила, использовались в почтовых целях. Так и оказалось. На лапе ястреба виднелась маленькая туба с посланием. Кому? И от кого? Наверняка, дядюшке. Из дворца или с границы? Но если с границы, то там определенно должны быть новости о братьях.

Особо не думая о последствиях, подошла к окну, отвязала тубу от птичьей лапы, открыла ее и развернула маленькую пожелтевшую бумажку.

Пусть осень, а лист златой

На ветви крепко держится.

В отличие от листьев тех,

Каким на почву лечь не терпится.

Лао Шен

И… что это значит?

Перечитала стих несколько раз, разбирая каждую строчку. Если ключевое значение для всей Империи имеет жизнь императора, то можно предположить, что лист златой – это он и есть. И с ним всё в порядке. А вот последние две строчки… в них точно не было ничего хорошего. Относится к части или к единицам – не суть важно. И Шен явно не написал бы это просто так, ради красивого словца.

Мне нужно туда.

Полчаса не прошло, а я уже с заплечной сумкой двигалась в направлении ворот. Со свету же себя изживу, если не узнаю, как на самом деле обстоят дела у ребят. А пока письмо дойдет, и дойдет ли вообще, будет слишком поздно.