Ведьма [litres]

Изначально эта комната явно не предназначалась для темницы. Что вынудило отдать под камеры целое крыло замка? Может быть, это одно из последствий войны отступниц и местных пленников поручено было контролировать лично главному дворцовому чародею?

Я невольно перевела взгляд на башню мага, которая угрожающе нависала справа от окна, ровно до половины поглощенная туманом. Таким белым и густым, что казалось, это лист бумаги и верхушку башни просто не успели нарисовать. Мысли потянулись к тому, чей образ всплывал перед глазами при виде этого строения. Эх, Алестат Илдис, что у тебя в голове за детские травмы полувековой давности? Хотя не мне об этом говорить. Сама хороша.

Судя по являющимся во снах воспоминаниям, я вижу самые яркие моменты из прошлого мага. Надеюсь, от его интимной жизни меня Великая убережет. Впрочем, судя по ее ко мне «любви», на милость рассчитывать не приходится.

– Не думал, что все закончится тем же, с чего началось.

Подскочив от неожиданности, я развернулась в сторону источника звука. За решетчатой дверью, понурившись, стоял принц.

– В этот раз я здесь не для того, чтобы спасти тебя, Мари. Элли уговаривала меня не приходить вовсе, не травить себе душу. Но я должен был увидеть тебя в последний раз перед…

– И правда, не стоило тебе сюда приходить, Авин! Ты все равно не будешь слушать то, что говорю я, хоть невесту послушал бы.

Кронпринц так и замер с открытым ртом от моей наглости.

– Но раз уж пришел… Ты знаешь что-то о предсказании Алестата? – задала я единственный важный вопрос.

– Что-то там про шахматы и ход… конем?

– «Когда от пешки ладья падет, настанет королевы ход»!

– Да-да, но какое отношение эти стишки имеют к тебе?

– Ко мне? Никакого! В предсказании говорится об Элиаль. Это она черная королева, которая погубит короля. Я не буду ничего тебе доказывать, не буду умолять о помиловании, просто запомни, принц: твоя дорогая Элли на самом деле – ведьма. Она околдовала тебя, собирается убить короля Дарина и узурпировать власть.

– Ровно то же Элиаль сказала о тебе. Не ее, а тебя застали в башне за колдовством! – взорвался Авин. – Я думал, ты признаешь вину, попросишь о снисхождении. Может быть, тогда мне удалось бы уговорить отца казнить тебя быстро, но ты… Да, ты права, я не стану слушать эту чушь!

– О, я права не только в этом, мой принц! Ты скоро сам во всем убедишься, помяни мое слово!

Юноша обиженно поджал по-детски пухлые губы и удалился, не прощаясь. Меня передернуло. Цепь гулко звякнула о койку, едва прикрытую тоненьким протертым до самого сена матрасом.

– Может, хватит уже греметь за стеной кандалами, маленькая ведьмочка?! – послышался знакомый голос из-за стены. – Ты мешаешь нам спать… может быть, в последние наши часы на земле.