Напарницы [litres]

– Не понимаю, просто не понимаю, как так можно обращаться со своим ребенком, – растерянно покачал головой Доусэ.

Аулэ в ответ только пожала плечами – она и сама этого не понимала.

– Так, получается, что, когда я сказал, что тебе не надо заниматься этим делом, ты решила, что я такой же, да? – печально спросил Доусэ.

– Сначала – да, – кивнула Аулэ. – Но потом ты попросил прощения, и я подумала, что ты небезнадежен.

– Знаешь, я, наверное, еще не раз буду проявлять чрезмерную заботу, – самокритично признал Доусэ. – Но ты, пожалуйста, просто сразу говори мне об этом, ладно?

– Ладно. – Аулэ с облегчением улыбнулась и положила голову ему на плечо.

Доусэ ее обнял, и так они какое-то время сидели в умиротворенном молчании, а потом не сговариваясь решили, что есть и еще более приятный способ провести время до ужина в таком красивом и уединенном месте.

Перед ужином Агуду сказал, что ему надо позвонить – узнать, арестован ли уже Ювестрану, поэтому он немного задержится. Однако в итоге появился, когда все остальные уже практически поели. Он был чрезвычайно мрачен и, пообещав, что все расскажет участникам расследования чуть позже, приступил к ужину. И хотя Агуду покончил с трапезой довольно быстро, Энту и Аулэ буквально извелись в ожидании.

Обсуждать дело в столовой, разумеется, не стали – снова отправились в тот кабинет, в котором читали материалы дела накануне. Как только Доусэ, шедший последним, закрыл за собой дверь, Агуду, с трудом сдерживая бешенство, прошипел:

– Эти демоновы отродья действительно попытались сами задержать Ювестрану! Два вроде бы опытных дознавателя попросту заявились к нему домой и прямо обвинили в убийствах! Они, видите ли, рассчитывали, что застанут его врасплох, он растеряется и во всем сознается!

Агуду в ярости ударил кулаком в стену и зашипел от боли в ушибленной руке. Энту, с тревогой глядя на него, разрывалась между желанием как-то помочь и опасением попасть под горячую руку. В итоге подойти поближе она все-таки не решилась и просто спросила:

– И что произошло?

– Как ты там говорила: кастет и обрезок трубы – оружие членов этих банд? Ну так вот, оказалось, что Ювестрану в совершенстве владеет не только ими – он вырубил одного и чуть не проломил голову второму при помощи обыкновенного стула.

– Так он сбежал? – ахнула Аулэ.

– Да, – угрюмо кивнул Агуду. – Конечно, Ильмэрме закрыли, я, собственно, поэтому и задержался – решал этот вопрос. Но уверенности, что Ювестрану все еще в городе, нет.

– Как это – закрыли? – не поняла Аулэ.

– Активировали специальные артефакты, не позволяющие покинуть город никому, у кого нет артефакта-ключа, – пояснил Доусэ.

– Но такие меры предпринимают только в чрезвычайных ситуациях! – воскликнула Энту.

– А что, это, по-твоему, не чрезвычайная ситуация? – криво усмехнулся Агуду. – Полицейский – серийный преступник, насильник и убийца. Когда об этом прознают газетчики, скандал будет такой, что оправдываться придется не только УПИ[41], но и КГКД, и даже Королевской канцелярии.