Злодейка в деле

—  Похоже, — вынужденно соглашаюсь я. О подобном я не задумывалась, но Олис абсолютно прав. К тому же я вынудила его идти за мной вслепую. Прямо сейчас детали я не раскрою, не при лишних ушах, но… —  Именем Рейзан Судьбоносной…

—  Не стоит, Кресси, —  перебивает Олис. —  Я верю. Просто странно… Ты больше не отвергаешь меня, но так ни разу не назвала братом.

У-умный. Оброненное вскользь замечание я игнорирую и легкомысленно предлагаю:

—  Тогда идём?

—  Да, —  в ответной улыбке сквозит горечь.

Не тратя время на сборы, я выбираю свиту. Мне, конечно, пытаются навязать лучших бойцов, но я отдаю предпочтение не боевым качествам, а уму и организаторским талантами. Остальные же пусть добираются сами, как хотят, благо лагерь Великий хан разбил относительно недалеко от форт-поста, далеко углубляться в степи не придётся, лошади справятся.

Нам с Олисом подставляет шею самый крупный ящер из группы.

—  С-с-с, —  выдыхает он и распахивает кожаный капюшон, за которым так удобно укрываться от встречного потока воздуха, к которому в степи обязательно примешается пыль, песок.

Ящеры сразу набирают хорошую скорость, и я вжимаюсь в тёплую шершавую шкуру.

Олису держаться труднее —  для него это первая поездка столь необычным способом. Но справляется он достойно. Привыкнув, он даже чуть приподнимает голову и с интересом всматривается в пейзаж.

Пожалуй, степь по-своему прекрасна. Здесь не найти тенистых лесов и фруктовых садов, зато простор поистине бескрайний, здесь можно мчаться с ветром наперегонки до самого горизонта, вдыхать пряный аромат трав. А как восхитительно будет выглядеть степь весной, укрытая ковром цветов?

До лагеря оказывается намного ближе, чем я ожидала, рассматривая карту.

Олис спрыгивает на землю первым, помогает спуститься мне.

—  Так близко? —  вторит он.

—  С башни лагерь не рассмотреть, —  пожимаю я плечами. —  Но разве патрули в степь не ходят?

—  Должны ходить, мы ведь проезжали вышку, и она отсюда видна, вон, —  указывает он рукой на колченогую поделку из жердин.

—  С этим тоже придётся разбираться, —  соглашаюсь я.

Но сейчас важнее всего старый шаман и Великий хан. Ящеры подсказывают дорогу. Прикинув, что сейчас предстоит, я отправляю свиту оценить состояние лагеря, пересчитать пленных, оружие. Словом, заняться делом, причём подальше от нас.

С первого взгляда ясно, что лагерь временный. Начать с того, что нет ни намёка на присутствие кого бы то ни было, кроме воинов: ни женщин, ни детей, ни стариков. Старк-шаман есть, но его я отношу в категорию воинов, так что не в счёт. Больших шатров всего несколько, и они заметно уступают шатрам, описанным нашими дипломатами. Вместо дворца из пёстрых ковров, всего лишь не особо просторные войлочные домики.

—  Сдохни! —  воин, до сих пор смирно лежавший, придавленный хвостом одного из ящеров, резко приподнимается, замахивается.

Отражённый лезвием солнечный луч на миг слепит.