Война за пряности. Жизнь и деяния Афонсу Албукерки, рыцаря Ордена Сантьягу

В отсутствие шейха Адена его обязанности исполнял начальник аденского порта Мирамергем[90]. Как только португальцы встали на якорь, он через своего представителя осведомился о цели их визита. «Я сделал в Адене остановку по пути в Джидду, где намерен уничтожить флот египетского султана» — ответил губернатор Индии. «Если я не найду египетский флот в Джидде, то проследую дальше, до Суэца, где и сожгу египтян живьем вместе с их кораблями. Пока же Вы сдадите мне Аден».

Мирамергем капитулировать, однако, отказался. На следующий день дом Афонсу начал штурмовать Аден. Первый приступ оказался неудачным. Повинны в этой неудаче были офицеры Албукерки, склонные, как обычно, подражать героям рыцарских романов (достигших пика популярности как раз в описываемую эпоху — ведь Мигель Сервантес де Сааведра еще не создал своего «Хитроумного идальго Дон Кихота Ламанчского!), предпочитая прославиться личной доблестью, чем заботиться о надлежащем руководстве своими подчиненными в бою. Получив приказ идти на приступ, храбрые фидалгу кинулись, как одержимые, к штурмовым лестницам, думая лишь об одном — как бы, опередив всех остальных, взобраться первым на стену неприятельской твердыни, а там — будь что будет! „Хотя они честно выполняли свой рыцарский долг“ — писал Албукерки, воздавая офицерам должное — „я был раздосадован тем, что брошенные ими воины, как овцы без пастыря, беспорядочными толпами метались у подножия крепостных стен“. В довершение ко всему, штурмовые лестницы оказались слишком короткими и не доставали до самого верха стены. В то время как взобравшиеся на них и стоявшие на самой верхней перекладине фидалгу, с трудом подтягиваясь на вытянутых вверх руках, пытались вскарабкаться на стену, другие, поднимавшиеся вслед за ними, давили на них снизу. Давка и толкотня привели, наконец, к неизбежному — перегруженные лестницы сломались и обременившие их своим излишним весом штурмующие посыпались вниз, на песок у подножия стен.

Что и решило судьбу Адена.

Некоторые португальцы, все-таки ухитрившиеся взойти на его стены, оставшись без поддержки, были сброшены „маврами“ (или сами спрыгнули) вниз, переломав себе ноги (и другие кости). Иные изловчились спуститься со стен по брошенным им снизу вверх соратниками веревкам. Иначе поступили два отважных кавалейру, вскарабкавшиеся на стену первыми и засевшие в крепостной башенке. Они сочли несовместимым со своей рыцарской честью искать спасения от смерти, спускаясь вниз по веревке.