Чебурашка

После третьей рюмки легкость из тела испарилась также внезапно, как и накатила. Не в состоянии больше держать спину, как идеальная Моника, что после второй стопки беленькой кроме капустки распробовала и Тамарины огурчики, и откуда-то взявшиеся опята, я откинулась на мягкую спинку стула, выпадая из разговора, один черт ничего в нем не понимаю.

Мужчины, двое из которых сидели по обе руки от меня, а третий ровнехонько напротив, продолжали общаться исключительно на заковыристом английском, ничуть не похожим на изучаемый когда-то бритиш инглиш. Хотя и Моника, стоит отметить, в разговоре не участвовала и ничего самцам не отвечала. Кажется, уже даже на своем родном языке девушка совершенно не андестен.

Запущена программа русификации. Утром будет больно.

Но троица активно беседовала между собой. Игорь Михайлович нахваливал Тамару за вкусный ужин, а та, знай себе, подкладывает мужу — утку, сыночку мясной рулет, да блинчики с икоркой, а захмелевшей будущей невестке запеченную картошечку.

Цепляюсь глазами за печатку на пальце Стефана, который медленно мнет льняную салфетку, и мысленно возвращаюсь в прошлое.

К тем моментам, когда эти изящные тонкие пальцы нетерпеливо вырисовывали узоры на холсте моей кожи, а губы жадно клеймили каждый ее сантиметр.

Боже, как давно у меня не было таких ласк.

Собственно говоря, с тех самых пор и не было. Как и много лет до того.

Молодой матери-одиночке с ревнивым ребенком и финансовыми заботами как-то недосуг обустраивать личную жизнь, а уж с моей-то внешностью и закрытым характером стоит ли вообще упоминать, что кавалеры у дверей не толпились.

Поэтому столь активное внимание со стороны Стефана не могло остаться незамеченным. Удивительное ли дело, что я нырнула в него с головой, отдаваясь встрепенувшейся внутри женской сущности и откликаясь каждой ласке.