Я случайно, господин инквизитор! или Охота на Тени

Задумчиво откусила вафельку от рожка мороженого, наблюдая за ярмарочным фокусником, который выступал на сцене неподалёку.

— Если присвоить мою Тень, то можно воспользоваться ею в разных целях. Можно просто присвоить ее себе и жить вечно. Ну, относительно вечно — пока жив этот мир, но по человеческим меркам это бесконечно долго. Можно использовать энергию Тени и устроить какой-нибудь апокалипсис местного масштаба. Можно заменить одной моей Тенью сотни других обычных. И, например, прорвать материю реальностей. Если мою Тень поглотят эффунды, плохо дело будет. Они скорее всего смогут вырваться в реальный мир и поглотить тысячи Теней тысяч волшебников. Я сейчас думаю, что им это нужно, чтобы накопить много, очень много энергии, чтобы вернуть к реальной жизни древнего духа хаоса Эффу. Я-то была уверена, что Эффу давным-давно канул в лету, и не понимала мотивов, но сейчас пазл вроде складывается, с моей украденной Тенью это можно очень быстро провернуть… Морис? Ты как-то подозрительно долго молчишь.

— Перевариваю информацию. И думаю о том, что все мои шуточки про твое бессмертие оказались не шуточками.

Я невесело усмехнулась.

— Почему ты раньше мне об этом не сказала? Обо всем… этом. О бессмертии, об особенной Тени, о ловушках?

— Боялась.

— Чего? Того, что я тоже захочу присвоить себе бессмертие?

Я молча кивнула, шмыгнув носом и откашлявшись от странной сухости в горле.

Морис яростно саданул лапой по растущей рядом поганке.

— Да на кой мне нужно твое бессмертие?!

— Мне многие так говорили, — горько усмехнулась я. — А потом пытались забрать мою Тень во сне. Мне улыбались, обещали поддержку и помощь, дружбу до конца жизни, любовь до гроба и все такое, а потом… Потом усыпляли и приходили за мной во сне. Пытались меня ослабить. Потому что, видимо, речь шла о дружбе и любви только до моего гроба. В детстве я попала однажды в такую же ловушку, доверившись одному очень близкому человеку, меня тогда спас отец… Он здорово ослаб, растерял после этого все свои силы высшего духа. Ослаб настолько, что несколько лет спустя, когда мы уже перебрались в Форланд, он подхватил какую-то заразу, сильно заболел… не смог выжить, его организм больше не справлялся с нападками извне. Мне достался его фамильяр, но… Сам понимаешь, сложно после всего этого кому-то доверять. Я была очень доверчивым ребенком, и меня усиленно и весьма успешно учили обратному.