Дверь

– Паша, спаси меня, – прохрипела она.

– Он не спасёт тебя! Он умер! Его убили! – Денис выпустил горло Деметры, и та с высоты его роста плюхнулась на траву хрипя и задыхаясь. Из носа у Дениса опять пошла кровь, голова закружилась и он сел на землю рядом с Деметрой.

– Тебе надо уходить отсюда! Без неё ты долго не протянешь! – несмело пролепетала Деметра. Денис молчал, потом он поднял голову и посмотрел Деметре в глаза. Лицо его было страшно, сосуды в глазах полопались и казалось глаза его сочатся кровью.

– Ты пойдёшь со мной! Ты позаботишься о том, чтобы я протянул ещё немного! Если мне не станет лучше, я сломаю тебе шею! – прорычал он изменившимся голосом.

– Я всё сделаю! Я постараюсь! – поспешно проговорила Деметра.

– А куда мы идём?

– Исправлять то, что ты натворила!

– Не поняла.

– Мне нужно убить дракона.

– Но… – начала Деметра.

– Что?!

– Ничего! – испуганно согласилась она.

– Пойдём, куда ты скажешь! – добавила она поспешно.

– Сецуна, похорони нашу Королеву! – сказал Денис, поднимаясь и беря свою секиру. Он остановил свой взгляд на теле Лилит и лицо его исказилось от невыразимой муки.

– Как ты думаешь, куда он направился? – отворачиваясь, спросил он у лисицы.

– На Юг. Ты и сам это видел, – всхлипывая, проговорила Сецуна.

– Прощай Сецуна! – Денис схватил не сопротивлявшуюся Деметру, закинул её на плечо, словно куклу и большими шагами зашагал прочь с холма.

– Работай ртом активнее, шалава! – Денис пытался пригнуть голову Деметры ниже, так чтобы член в её рту вошёл глубже. Голая Деметра давилась, но лишь глядела на Дениса испуганными щенячьими глазками. Её маленькие как у подростка грудки задорно подпрыгивали, пока её щёки раздувались под напором его огромного члена.

– Это же должно мне помочь? Верно? – издеваясь над ней, спрашивал Денис. Он сам замечал за собой, что стал по отношению к Деметре очень жестоким, но именно в такие моменты ему удавалось, хоть и ненадолго, забыть о той совершенной пустоте, что наполняла теперь всё его существо. После смерти Лилит он ощущал себя стаканом из которого вылили воду и теперь он годится лишь для того, чтобы быть разбитым. Он думал о том, что возможно Деметра была права когда говорила, что Лилит наложила на него чары, привязав к себе узами прочнее которых нет ничего на свете. И теперь, когда чары рассеялись, у него не осталось больше ничего, ничего ради чего стоило бы цепляться за жизнь. Иногда Денису хотелось не просто умереть, но и забрать с собой всё что он знал и помнил. Он взглянул на стоявшую на коленях девушку, Деметра покорно сосала, стараясь взять его член как можно глубже.

– Ты должна понимать, прошмандовка, что только ради этого я и сохранил твою никчёмную жизнь! Ну а теперь седлай его! И не ныть мне! – прикрикнул он на неё.

Деметра трясясь всем своим худеньким тельцем, встала над его членом, который даже когда она стояла практически упирался ей в промежность и начала медленно приседать. Этот её жалкий щенячий взгляд доставлял ему извращённое удовольствие. Едва член Дениса лишь немного вошёл в неё, по щекам Деметры полились слёзы, так рыдая она и прыгала приподнимаясь и опускаясь на его огромном члене. После того как он кончил, она с трудом привстала, бёдра её дрожали, по ним текла его сперма вместе с её кровью. Деметра без сил опустилась на траву не в силах даже подтереться. Губы её распухли, на щеках высохли дорожки слёз. Иногда, Денису становилось её жалко, но это быстро проходило.