Убивая маску [не закончено]

В общем, я успокаивал его как мог, даже удивился, под конец путешествия, что Акено всё ещё на нервах. Неужто он мне совсем не доверяет?

— Я вам гарантирую, что Хирано разумная женщина и не станет бросаться на Кагами-сан, — произнёс я раздражённо, когда мы уже подлетали к аэропорту Токусимы. — Хватит уже трястись.

— Ты совсем дурак? — спросил он с удивлением, на что удивился уже я. — Причём тут твоя лисица? Ты вот можешь гарантировать, что Кагами не станет на неё кидаться?!

Так он об этом переживает?

— Я… — не знал я что на это сказать. — Думаю, Кагами-сан тоже разумная женщина.

— Блаженный, — произнёс он раздражённо, отвернувшись к иллюминатору. — Может всё-таки заранее ей всё расскажем?

Да ладно… Что я, Кагами не знаю, что ли? Нормально всё будет. Как по мне, это о тебе беспокоиться надо, а не о дамах. Истеричка, блин.

— У нас есть план, и мы будем его придерживаться, — ответил я точно таким же раздражённым голосом. — Я не собираюсь упускать шанс посмотреть на такое шоу.

— Псих долбаный, — буркнул он.

— Истеричка трусливая, — ответил я на это.

***

— Приветствую, Атарашики-сан, — поклонился Акено.

— И тебе не хворать, парень, — ответила она холодно.

Не простила старуха Кояма и, похоже, уже никогда не простит. Хорошо хоть, для Мизуки исключение сделала, но рыжая и не совсем Кояма, точнее не урождённая Кояма.

— Поздоровались и ладно, хватит с меня этих церемоний, — произнёс я, переводя на себя внимание старушки. — Да, да, лохматый, тебя я тоже рад видеть.

Бранд, как всегда, когда я возвращался домой, крутился у моих ног, не давая и шагу ступить, пока его не погладишь.

— Папка! Синдзи! — вскинула руки Мизуки. — На кого мне прыгать-то, демоны вас подери!

— Давай без прыжков, — улыбнулся Акено. — Ты не в том положении.

— Брехня, я ещё могу прыгать! — возмутилась рыжая. — Просто мне лень вдруг стало, — опустила она руки.

Когда тебя встречает такая толпа женщин, приветствия могут затянуться надолго. Вот и в этот раз, со всеми поздоровайся, обними, потискай, поцелуй. Про Казуки тоже забывать нельзя. В общем, в дом отправились только через шестнадцать минут после того, как мы с Акено вошли в ворота токусимского поместья.

Акено пошёл со мной только из-за дочери, которую не видел уже довольно давно. Так-то он был не прочь побыстрее домой вернуться, но и Мизуки проигнорировать просто не смог. В связи с этим, первые пару часов я рыжую с Акено и не видел-то толком, им о многом надо было поговорить. Я же занимался остальными домочадцами. Шестнадцать минут, это только для приветствий много, а вот для общения крайне мало. И если я, старый циник и мужлан, вполне мог этим удовлетвориться, то вот для моих жён, сестры и Атарашики, шестнадцать минут были что мгновенье. Впрочем, я был не против, девчонки не напрягали. Как и дети, которых я тоже был рад видеть. И пусть мой здесь был только один, но детская возня на удивление умиротворяет.