Не та девушка

— А ведь и правда чертовщина, — едва слышно побормотала моя хозяйка, которая, разумеется, как всегда все подмечала и делала соответствующие выводы.

Я знала только одно существо, что могло бы провернуть такой трюк. Вот только чего ради шуту поступать так с миссис Дарем? Он не мог думать, что я не догадаюсь, кто подстроил несчастный случай. Значит, падение невестки викария могло быть как знаком для самой пострадавшей, так и для меня.

В какие игры фэйри играет на этот раз?

Миссис Браун, увидев нас, кинулась здороваться, поминутно сетуя на случившееся несчастье.

— Нет, вы только подумайте, как такое могло случиться?! — заломив руки, принялась расстроенно рассказывать о произошедшем с миссис Дарем наша соседка. — Как так может быть, чтобы дерево буквально рассыпалось в труху?!

С ответом, разумеется, не нашлась ни миссис Мидуэл, ни я сама. Точней, мы не нашлись с тем ответом, который можно было озвучить.

К миссис Дарем мы, разумеется, не могли не зайти. Это ведь официально была причина, по которой мы явились в дом миссис Браун.

Против обыкновения брат викария сидел подле кровати пострадавшей супруги и был бледней самой миссис Дарем, что лежала на подушках с видом умирающей мученицы. Однако благообразный вид не помешал женщине поглядеть на меня так, что я похолодела.

Показалось, что на долю мгновения в глазах Сьюзан Дарем проявилась такая ненависть, что стало не по себе, однако все переменилось настолько быстро, что я даже начала сомневаться в том, что на самом деле все правильно поняла.

Вот только что миссис Дарем глядела так, будто желала меня убить — и снова передо мной несчастная смиренная страдалица.

— Как вы, моя дорогая? — взяла беседу на себя моя нанимательница и уселась на стул рядом с постелью больной.

Я же посмотрела на капитана, и тут же ужаснулась при виде того беспросветного отчаяния, которое проглядывало в его облике. Но что Джорджу Дарема до здоровья его жены или даже самой ее жизни? Да и о сделке с фэйри, судя по всему, этот мужчина даже не догадывается.

— О, благодарю вас, миссис Мидуэл, за то, что пришли меня навестить, — прошелестела особенно жалобно миссис Дарем и изобразила на лице ту саму гримасу, которую пририсовывают на картинках святым мученикам. — Со мной все не так ужасно как могло показаться со стороны.

Это была ложь, о чем говорил весь измученный вид больной, и обезболивающие пилюли на прикроватной тумбочке, на которые то и дело с надеждой косился капитан. Получить передозировку такими — легче легкого, но не приходилось рассчитывать, что Сьюзан Дарем сделает своему мужу такое огромное одолжение. Она не из тех, кто умрет нелепой смертью и уж точно не из тех, кто может наложить на себя руки.

— О, вы удивительно хорошо держитесь, моя дорогая. Ваше мужество просто невероятно, — соловьем разливалась миссис Мидуэл, и мне оставалось только поражаться тому, как восхитительно держится эта пожилая дама. Она ведь тоже терпеть не может миссис Дарем и тоже подозревает ее в дурном. Не в убийствах, нет, но в чем-то сходном.