![Японские народные сказки: Десять вечеров [с иллюстрациями] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/4/3/5/8/yaponskie-narodnye-skazki-desyat-vecherov-s-illyustraciyami-download.jpg)
Японские народные сказки: Десять вечеров [с иллюстрациями]
- Автор: неизвестен Автор
- Год: 1991
- Язык: русский
- Год: «Художественная литература»
- ISBN: 5-280-01829-5
- Переводчик: Вера Николаевна Маркова
- Жанр: Древневосточная литература
Электронная книга - «Японские народные сказки: Десять вечеров [с иллюстрациями]». Краткое содержание книги:
Перевод, составление, предисловие и комментарии В. Марковой.
Оформление художника Г. Клодта.
И постелила ему в уголку за дверью циновку с узорной каймой. Никогда ему еще не доводилось видеть такой нарядной циновки. Уселся на нее Таро Лежебока и думает:
«Измучился я, бегая по всему городу, из сил выбился… Ах, поскорей дали бы мне поесть. Но что они принесут мне? Если каштаны, то ведь их надо сначала поджарить. Лучше бы хурму, груши или моти, их можно сразу есть, не дожидаясь ни минуточки. А если поднесут вина? Я мог бы выпить четырнадцать, пятнадцать чарок, а то и шестнадцать, семнадцать, восемнадцать… Ах, да не все ли равно, лишь бы скорей…»
Так ожидал он, теряясь в догадках, и вдруг несут ему в «бородатой корзине»[143] всякие плоды: каштаны, хурму, дикие груши, а в придачу к ним соль и нож.
Увидел это Таро Лежебока и воскликнул:
— О, недобрый знак! Надлежало бы эти плоды поднести, разложив их на подносе или обернув в белую бумагу. А они лежат навалом в простой корзине, точно корм для коня или быка. Как это горько! Но здесь скрывается тайный намек. Верно, хочет она сказать: «В простую деревенскую корзину насыпаны простые плоды. Так и ты недостоин моей красоты: колюч, словно каштан, дик, словно дикая груша…» А если лежат здесь разные эти плоды без разбора, так это значит, что не подходим мы друг другу, незачем нам сочетаться узами любви. Но почему положены вместе хурма и соль? Верно, велит она, чтоб я соединил их в песне.
И он произнес:
Услышала это девушка и сказала:
— Какое нежное у тебя сердце! Словно чистый лотос в мутном пруду, как будто золото в грубой обертке из плетеной соломы… Вот возьми! — подала ему листов десять чистой бумаги.
«Что это значит? — подумал он. — Одни чистые листки! Неужели хочет она, чтобы ответил я на письмо, в котором ничего не написано?»
Услышав это, девушка воскликнула:
— Ты победил! Вот возьми и надень на себя.
С этими словами она вручила ему парадную накидку, широкие шаровары, шапку и меч.
Таро Лежебока очень обрадовался:
— Вот счастье так счастье!
И драгоценные одежды, унаследованные девушкой еще от предков, он накрутил на свою бамбуковую палку.
— Накидку мне, наверно, дали надеть на сегодняшний вечер, а я завтра в нее наряжусь. Не треплите ее, псы, не украдите, воры! — и засунул накидку под веранду. Потом захотел он надеть шаровары, а что это такое, не знает. То на голову наденет, то на плечи накинет, бьется с ними, мучится, а никак не сладит. Наконец служанка помогла ему надеть шаровары. Хотела она надеть на него шапку, только смотрит: волосы у него полны пыли, грязи и вшей и так спутаны, точно за всю свою жизнь он ни разу гребня в руки не брал. Кое-как причесала она Таро Лежебоку и надела ему на голову шапку. Кончила Надэсико наряжать его и говорит:
— Сюда, сюда, пожалуйте!
Таро Лежебока в своем родном краю Синано ходил только в храм по крутым скалистым дорогам. Как ступил он на ровные, гладкие, смазанные маслом половицы, так ноги у него поехали, словно по льду. Кое-как ввела его Надэсико в покои к своей госпоже и удалилась.
— Явился я по твоему зову, госпожа, — сказал он, поскользнулся и с размаху грянулся затылком о пол. И точно другого места не мог он выбрать! Свалился прямешенько на драгоценную цитру, носившую имя Тэхикимару.[144] Госпожа Дзидзю считала эту цитру бесценным сокровищем и пылинке не давала на нее сесть.
Увидев это, девушка воскликнула:
— О, несчастье! Моя любимая цитра! Как же мне быть теперь!
Слезы полились у нее из глаз, а щеки запылали, словно кленовые листья осенью. В горе воскликнула она:
Таро Лежебока, еще не успев подняться с пола, взглянул на девушку и, опечаленный до глубины души, сказал заключительные стихи танка:
«Ах, какое нежное у него сердце! — снова подумала девушка. — Значит, он — моя судьба! Видно, крепка и нерасторжима была связь между нами в прежних рождениях. Не случайно он так крепко полюбил меня».
И повела с ним сладкие любовные речи.
143
…«Бородатая корзина». — При плетении таких корзин концы не срезали, а оставляли торчать, отсюда и название.
144
…цитру, носившую имя Тэхикимару. — В Японии раньше было принято давать имена мечам и музыкальным инструментам, словно они были живые существа.