Все грехи мира. Книга IV

В январе 1915 г. Берт Дадли вновь был арестован, но теперь уже не за нарушения условий досрочного освобождения, а за участие в организации цепочки «белого рабства». Этим словосочетанием в те годы обозначалась полулегальная система по привлечению в публичные дома женщин белой расы. Это был глубоко криминализированный бизнес, контролировавшийся различными этническими преступными группами — ирландскими, еврейскими, немецкими, итальянскими. Итальянская мафия в те годы, кстати, вообще не признавалась за какую-то особую криминальную силу, её слава, оставшаяся в истории благодаря кино и телевидению, была ещё впереди. То, что Берт Дадли был арестован по обвинению в участии в цепочке «белого рабства», однозначно свидетельствует о его вовлеченности в некую преступную группировку.

В течение года Берт находился в тюрьме, но в январе 1916 г. он неожиданно был выпущен на свободу по распоряжению губернатора Миссури. Никакого внятного объяснения этому освобождению отыскать спустя столетие невозможно, нельзя исключать того, что тогда была реализована некая коррупционная схема и Дадли попросту откупился от «законников». Либо его кто-то выкупил. Сейчас это уже не очень важно, а важно лишь то, что Берт вышел на свободу и подался в Канзас.

И вот там-то в июле 1916 г. он устроился батраком на ферму супругов Мюллер.

Судя по всему, Берт явился жертвой пьяного зачатия. Папочка его — Барнетт Дадли — пил много и покончил с собою, по-видимому, в состоянии алкогольного делирия. Произошло это 10 декабря 1910 г. — в тот день Барнетт играл в карты в обществе друзей и старшего брата своей второй жены. В течение вечера Барнетт много пил, разумеется, без закуски, и в какой-то момент "сошёл с катушек". Вытащив револьвер, он принялся стрелять в окружающих, убив одного из них и ранив другого. Раненым, кстати, оказался брат жены. Жертв могло бы быть больше, но присутствующим очень помогло то обстоятельство, что старый револьвер Барнетта Дадли давал осечку через выстрел. Пока стрелок дрожащими руками взводил курок для очередного выстрела, народ успел разбежаться. По этой же причине остался жив мальчик, игравший перед домом — в него Барнетт также прицелился и выстрелил, но пистолет дал осечку, мальчик моментально сориентировался и убежал, не позволив тем самым Дадли-старшему повторить выстрел.

Интересно то, что никаких объективных причин для гнева Барнетта не существовало. В тот вечер ему шла карта и он выигрывал, если бы он не схватился за пистолет, то скорее всего, унёс бы с собой приличный куш.

Закончилась эта история для Дадли-старшего довольно скверно. После ухода из дома, явившегося местом трагедии, он некоторое время бродил по парку, затем вышел к железнодорожной линии и повстречал там стрелочника. Он перебросился с ним несколькими словами, после чего безо всяких объяснений вытащил револьвер и пустил себе пулю в голову. На этот раз осечки не последовало и Барнетт Дадли освободил от своего присутствия этот лучший из миров. На момент самоубийства Барнетту Дадли исполнился 51 год, в принципе, это был не старый ещё был мужчина, но совершенно пропитой.

Вернёмся, впрочем, к Альберту Дадли. После признания своей вины в убийстве супругов Мюллер, он спокойно дожидался суда, но ответить за содеянное по закону ему не пришлось. В ночь с 20 на 21 сентября группа энергичных и неравнодушных мужчин, перемещавшаяся на 12–15 грузовых автомашинах без номерных знаков, приехала в город Олате, где в окружной тюрьме находился Берт. Точное количество машин установить не удалось, поскольку их фары были закрыты мешками и всё действо происходило в условиях практически полной темноты.