Дихронавты
- Автор: Иган Грег
- Язык: русский
- Переводчик: Voyual
- Жанр: Космическая фантастика
Электронная книга - «Дихронавты». Краткое содержание книги:
Сэт – топограф на пару с Тео – похожим на пиявку существом, которое живет у него в голове и помогает видеть то, что находится слева и справа. Тео, в свою очередь, полагается на Сэта в плане передвижения, а также переднего и заднего зрения. Как и все обитатели их мира, они представляют собой пару симбионтов, которые зависят друг от друга в вопросах выживания.
Во вселенной, где находится мир Сэта, свет не может распространяться в произвольном направлении: направления на север и восток заняты «темновым конусом». Сэт может смотреть только на восток (а если запрокинет голову, то еще и на запад), а при попытке повернуться к северу или югу его тело начинает растягиваться. Повернуться лицом на северо-восток – задача настолько же невозможная, как разгон до скорости света.
Живые существа, населяющие мир Сэта, пребывают в состоянии непрекращающейся миграции, которая следует за смещающейся орбитой Солнца и созданной им узкой обитаемой зоной. Города постоянно демонтируют с одной стороны и воссоздают с другой, а топографы тем временем составляют карты будущих безопасных маршрутов.
Вступив в ряды экспедиции к границам обитаемой зоны, Сэт и Тео сталкиваются с леденящей душу угрозой – разломом на поверхности их мира, настолько широким, что никому не под силу даже оценить его размеры. Обитаемая зона тем временем продолжает смещаться, и вскоре миграция будет остановлена непреодолимой пропастью. Чтобы спасти свой город, участникам экспедиции остается лишь одно – погрузиться в пучины неизвестности.
Сэт почувствовал укол обиды, но был вынужден признать, что отчасти ее слова могли оказаться правдой. Они с Адой носили одежду, но что это значило для южанцев, которые ею не пользовались? Да, они видели Адин фрагмент лодки, но даже если и распознали в нем часть некогда действующего судна, откуда им было знать, что она построила его собственными руками – и сама же им управляла; она была всего лишь вымокшим, вопящим существом, уцепившимся за плавучие обломки корабля, которые сами по себе могли взяться откуда угодно. Что могло навести их на мысль, что эти животные были способны на сложное мышление, не говоря уже о речи?
– У них, наверное, и правда есть более важные дела, чего не скажешь о нас. Мы сможем изучить их язык, если будем внимательно слушать и наблюдать.
– Да неужели? – Ада выдала серию грубых клекочущих и ухающих звуков. – Такой язык мы никогда в жизни не поймем, и уж тем более не сможем на нем говорить.
– Нам придется, – возразил Сэт. – Иначе мы здесь же и умрем.
Ада невесело улыбнулась. – Значит, умрем. И будем надеяться, что это случится не от болезни или старости; будем надеяться, что кому-нибудь из них станет любопытно, и они просто вскроют нас, чтобы изучить наши внутренности.
– Но ты, как я вижу, не торопишься умирать от недоедания.
– К этому я бы прибегла в первую очередь, – ответила Ада. – Но усилия не стоят крика, который поднимает эта кровопийца, почувствовав малейший намек на голод.
Сэта так и подмывало спросить, почему она просто не прикончила Далию, но в итоге он решил, что этого делать не стоит. Подобная мысль наверняка приходила ей в голову, и озвучив ее, он мог лишь подтолкнуть ее к активным действиям.
– Допустим, что ты права, – сказал Тео. – В лучшем случае у южанцев просто не будет на нас времени. Мы с Сэтом неспособны выучить их язык, как бы ни старались. Но даже если я с этим соглашусь, у нас по-прежнему нет повода сдаваться.
– И с чего бы это? – спросила Ада. – Думаешь, Андрей с Николасом прямо сейчас мчатся к поверхности в пятой части лодки и, как доберутся, сразу же созовут друзей, чтобы те спустились сюда на аэростате и нас спасли?
– Я бы не стал сбрасывать это со счетов, – ответил Тео. – Но вообще-то я имел в виду кое-что другое.
– А именно..?
Тео замешкался. – Скажи мне, что хочешь жить. Скажи мне, что хочешь справиться с этим и вернуться домой.
Ада пренебрежительно фыркнула. – Не важно, чего я хочу; одного желания недостаточно, чтобы сделать это возможным.
– Верно, однако без должной мотивации возможное может стать невозможным. Если хочешь лишить нас последнего шанса, хочешь, чтобы мы все здесь сгинули, просто дай честный ответ, и я оставлю тебя в покое.
Лидо Ады исказилось от тоски. – Только мне здесь хватает честности взглянуть правде в лицо.
– Возможно, – спокойно ответил Тео. – Но ты так и не ответила на мой вопрос. Когда ты говоришь, что все мы здесь умрем, то выражаешь свою веру или желание?
– Да кто бы такого пожелал? – возразила она в ответ. –Я же не чокнутая. Конечно, я бы предпочла жизнь.
– Значит, если бы мы могли вернуться домой, ты бы сделала все от тебя зависящее, чтобы этого добиться? – не унимался Тео.
– Да. Но пути назад нет.
– Может есть, может нет, – ответил Тео. – Препарат, который ты давала Далии, мог навсегда и безвозвратно повредить ее мозг – настолько, что теперь она всю оставшуюся жизнь проведет с интеллектом младенца.
– Либо он мог не столько остановить ее развитие, сколько удерживать его в спящем состоянии. И теперь, когда действие наркотика прекратилось, у нее, вполне возможно, есть способность, еще больше роднящая ее мозг с мозгом младенца – способность познавать за счет прямого контакта и учиться на примере, быстрее и эффективнее любого взрослого. Способность осваивать язык методом проб и ошибок, просто слушая и наблюдая – а возможно, как и в случае с большинством поперечников, сразу два языка за раз.
– В таком случае Далия станет нашей главной надеждой, лучшей возможностью обзавестись компетентным переводчиком. Но все зависит от тебя. Мы с Сэтом можем с ней говорить, и сама она, скорее всего, услышит крики южанцев из любого места этой клетки. Но ты – ее единственная пара глаз, единственная возможность связать услышанное с тем, что происходит вокруг нее.
– Вот это тебе и предстоит решить. Готова ли ты стать ее глазами? Готова ли видеть то, чего хочет она, и поддерживать ваше общее зрение? Потому что если твой ответ – да, то нам, возможно, еще удастся выжить.
Глава 16
– Это моя рука, – промурлыкал Сэт, держа ее над сонаром Далии, – и это моя рука, – добавил он, опуская руку к лицу Ады. – Это моя рука… и это тоже.