Хамелеон по неволе (СИ)

Девушка утвердительно кивнула. — Но он исчез и уже признан умершим, да ещё его обвинили в смерти нашего отца, то есть Ильи Ильича. Мне Алина всё рассказала.

— А она сказала тебе о твоём наследстве от отца?

Эмма была так удивлена, что Мила тут же ей поверила.

— О наследстве? Каком наследстве? От моего отца? У меня… есть наследство?

Эмма была искренне взволнована и в этот момент она даже понравилась Миле.

— Есть. — Кивнул Том. — Но сначала надо собрать все твои документы, как наследницы. Проверить их, а уж потом… — Том слегка махнул рукой, и Эмма тут же согласилась с ним кивком головы.

— Конечно, господин Джонс. Как вы скажите, так и будет. А вы действительно стали моим адвокатом, или это были слова так сказанные, для других людей?

К удивлению Милы, Том с улыбкой посмотрел на Эмму, а затем утвердительно кивнул.

— Да, Эмма, это так. И теперь я отвечаю за получение тобой наследство от отца. Доверься мне и …всё будет хорошо.

— Если, конечно, ты опять не включишь свой гипноз, воровство и…прочие фобии. — Поняла? — Тут же угрожающе проговорила Мила.

Эмма быстро закивала головой, но улыбка уже не сходила с её лица.

— Вот и хорошо. — Сказал Том. — А теперь ответь мне, где письмо, которое тебе показала Алина при первой встречи?

— Она мне его не отдала. Алина сказала, что я должна быть ей благодарна, что позволила мне быть её сестрой по матери. Обещала помогать мне, но при условии, что я буду помогать ей. Поэтому она привезла меня в дом Станислава и сказала, что бы я искала в нём сокровища. Но Станислав ничего о них не знал. Я много раз разговаривала с ним с помощью гипноза, но… Он и в правду, ничего о нём не знает.

Том утвердительно кивнул. — Но меня интересует вопрос, откуда Алина знает, что сокровища спрятаны в этом доме, Эмма?

Эмма молчала почти минуту, и, как показалось Миле, она пыталась что-то вспомнить.

— Однажды я высказала ей о невозможности нахождения здесь сокровищ, ведь мы их искали уже много лет и ничего не нашли. Тогда она сказала, чтобы я не сомневалась и искала, потому что сокровища точно в этом доме… И об этом ей сказал дед… А он врать не мог, потому что… уже направлялся к Богу.

Мила увидела, как изменилось лицо Тома. Он вдруг побледнел и застыл, впившись взглядом в лицо Эммы.

— Ты уверена в том, что говоришь?

Девушка кивнула. — Да. Я точно помню этот разговор. Алина точно сказала, «дед…уже направляется к Богу». Я до сих пор не могу понять её слова.

Том резко встал и отошёл к окну, а Эмма вопросительно посмотрела на Милу. Та глазами приказала ей ждать. Ждать пришлось несколько минут. Наконец, Том вернулся к девушкам и вновь сел в кресло.

— Итак, Эмма, вернёмся к камням. Где они и каким был второй камень из головы Венеры? — Спросил он тихим голосом.

Мила поняла, что он еле сдерживает ярость и волнение.

Девушка жалостно посмотрела на Милу и Тома, затем засунула ладошку под вырез платья и …вынула белый платочек, связанный в узелок.

— Вот они, господин Джонс. Один — кроваво-красный рубин, а другой — розово-лиловый гранат. Это очень редкие и дорогие камни. Я в этом уверена. Я отдаю вам …свою свободу, только спасите меня от Алины. — Она передала узелок в руки Тому, тяжело вздохнула и договорила. — Она — страшная женщина и даже…способна убить. Она уже много раз …поднимала руку на меня… И теперь я не знаю, что мне делать.

— Зато это знаю я, Эмма. Не беспокойся. Я не дам тебя в обиду.

Том положил узелок в один карман, а из другого кармана достал свой телефон. Через минуту он разговаривал с Эдуардом и вызвал его к себе.

— За полдня столько событий произошло, что… — проговорила Лиля, наблюдая, как Эмма садится в машину Эдуарда Кромвеля, — даже не верится. Сначала разбери чемоданы, затем вновь их собери… Потом прикрывай отход этой «перепёлки», что бы никто не увидел. — Она взглянула на Милу, которая стояла рядом с ней. — Да, жизнь в этом доме превратила меня в настоящую партизанку. Хожу по дому и оглядываюсь, как бы из-за угла не появился противник…

— Тебе весело? Да? — Строго взглянув на подругу, произнесла Мила. — Скажи спасибо, что я не стала твоим противником и не надавала тебе по тыковке за … твой длинный язык. Спасло тебя, Лилька-болтушка, только одно, что ты… выболтала всю нашу тайну под гипнозом, то есть… — она слегка развела руки в стороны, — без мозгов.

В этот момент Эдуард, усадив Эмму на заднее сиденье своего автомобиля, проходил мимо девушек, что бы сесть в машину.

— Передай Тому, что у Эда есть известия. Пусть он ему позвонит. — Сказал он Миле, а подмигнул Лиле.

Мила кивнула и вновь строго посмотрела на свою подругу. — Запомни Лилька, ещё одну ошибку сделаешь и…всё, не спасёт тебя никакой Эдуард.

— Да, что я такого сделала-то? — Удивилась девушка, наблюдая, как машина её любимого покидает площадку перед домом.

Мила резко развернула её лицом к себе. — Ты выдала всю тайну о поиске сокровищ в этом доме … «перепёлке». Всё, до последней цифры! Поэтому Тому пришлось изолировать её, и теперь на твои плечи упала забота об Оленьке. Поняла?