Разлучи нас, смерть! (СИ)

— Нет, всё в порядке.

— Мы подумали, что вы не можете сесть за руль, потому что выпили, но у вас такое лицо… Вы точно не пили.

— Обязательно исправлю эту ошибку, когда приеду домой, — ответил я, подумав, что с новогодних праздников у нас в квартире оставалась треть бутылки текилы.

— Я думаю, вам лучше поехать в дом мистера Астона.

— Не вижу в этом необходимости.

— Вы явно напуганы. Если вам угрожает опасность, то вам лучше быть там, а не в вашей квартире. Это не квартира, а настоящий проходной двор.

— Хорошо, — согласился я, подумав, что мне, наверное, и впрямь будет спокойнее в особняке, полном охраны, чем за своей картонной дверью. — Только мне нужно кое-что, чтобы завтра утром пойти на занятия.

— Мы отправим к вам кого-нибудь. Когда приедем, напишите список. И не забудьте предупредить ваших соседей.

Этого я не забыл бы даже в том состоянии. Представляю, что подумали бы Уилл и Бапулал, если бы к ним вдруг заявился громила типа Дэвиса и начал рыться в моих вещах.

Когда мы приехали в Белгравию, меня уже ждал Хиршау — для допроса. Назадавал мне кучу вопросов, большинство которых я оставил без ответа, сказав, что опасность мне не угрожает и вообще всё это касается только меня.

— Всё, что касается вас, касается мистера Астона. Это может представлять опасность и для босса, поэтому я должен знать.

— Успокойтесь, нет никакой опасности, это просто… нервы, — я, конечно, кривил душой: я не был до конца уверен, что эти люди, кем бы они не были, наконец отстали от меня. Слова Прим (если открытку действительно отправила она) нельзя было принимать на веру. Но не мог же я всё рассказать Хиршау. У меня не было выбора, кроме как продолжать скрывать ту ужасную историю.

Упоминание про нервы могло усыпить бдительность телохранителей: они считали, что у меня есть определённые «странности», и могли списать сегодняшний случай на них. Препирательства с Хиршау меня успокоили или, скорее, отвлекли. Я написал список того, что мне потребуется завтра, и решил пойти спать. Но мысль о том, что я останусь один на всём втором этаже особняка, показалась мне не очень приятной, поэтому я решил… Чёрт, зачем я только полез к нему с этой просьбой? Я попросил его оставить кого-нибудь из охраны рядом со мной на ночь, например, в маленьком кабинете.

Хиршау поджал губу и ответил не сразу:

— Боюсь, это может не понравиться мистеру Астону.

Я тоже не сразу нашёлся, что ответить на эту наглость.

— Спасибо, я вас понял, Хиршау. Можете идти.

— Думаю, я мог бы… — неуверенно начал он.

— Не стоит, — оборвал его я. — Вы свободны.

Я поднялся в спальню, разделся и улёгся в постель. Я уже почти не думал об открытке Прим. Я был просто взбешён. Разумеется, эти идеи не в деревянных мозгах Хиршау родились. Только параноику вроде Астона могла прийти в голову мысль, что я могу затащить в постель одного из телохранителей.