Дом, которого нет

Аромат свежего супа с фрикадельками разлетелся по всем комнатам, остатки прокисшего рассольника были спущены в канализацию. Лидия протёрла холодильник от плесков – её слишком занятый муж черпал половником суп прямо внутри камеры, цепляя им по пути полки и стенки, шлёпая варёными огурцами прямо на стекло.

– Ещё одну неделю мы будем работать на дистанционке – московское начальство звонило, – оповестила она за обедом.

– Я только этому рад.

– Чего же тут радостного? Наверняка выйдет меньше по зарплате. Как мне надоели эти карантины, изоляции, меня угнетает эта безвылазность, да ещё зима… Я гулять хочу среди людей, ходить в кино, на концерты, ездить в путешествия… Это тебе комфортно годами сидеть в одном и том же углу, не нуждаться в общении с людьми, а мне светит депрессия. Будем с тобой сидеть напа́ру, как бирюки… – Лидия уставилась в окно, сосредоточив взгляд на ежедневной заставке в виде глухого серого забора.

– Бирюк – это одиночка, – пояснил Стас. – Сказать «мы с тобой – бирюки» то же самое, как, например, сказать «полчище отшельников», или «стая одиноких волков». Тем более, я думаю, скучать тебе не придётся, для тебя есть задание: собрать какие-нибудь гостинцы, может лекарства, одежду, детское питание… Хочу познакомиться с твоими историческими родственниками, оказать им помощь, накормить детей. Как ты вчера сказала: «я – муж вашей правнучки»?

Рот её надолго зафиксировался в открытом положении. Она заговорила не сразу:

– Ну уж нет! Мне вчерашнего хватило вот так, – она провела рукой поперёк горла. – Ты думаешь, раз сделал открытие, то теперь можно шастать туда-сюда, щеголять там, подарки раздавать… Изучение жизни предков – это тебе не увеселительная прогулка!

Стас закивал головой – этот жест означал полное несогласие.

– Вчера было тоже самое, – произнёс он ворчливо, оглядываясь по сторонам и продолжая качать головой, как японская фарфоровая статуэтка, – не запускай, не ходи, не суйся, без Вишнякова даже не пробуй… Будто от Вишнякова зависит качество нажатия кнопки. Ты видела сама: я переправился осторожно, глубокой ночью… И ничего я там не щеголял, просто аккуратно заглянул в тот мир, приоткрыв занавеску – заглянул, осмотрелся вокруг и закрыл обратно.

– Ага! И наследил там повсюду!

– Во-первых – не повсюду… – Кураев развернулся к ней полубоком, нервно приглаживая бороду. – Дальше калитки я не ходил, а во-вторых, я и хочу скорее объяснить им происхождение следов, пока они не разнесли этот факт в подробностях по всей округе. Разумеется, для них – родственник из будущего с подарками значительно лучше английского… этого… десантника.