Кто не выжил, я не виноват

А бежать придется. Тамара почему-то была уверена в этом. Поэтому, когда за спиной у нее мелькнули фары, она бросилась в кусты, затаилась там и с запоздалым сожалением подумала о том, что не догадалась пробить колеса машины Эдика.

Сейчас он мог гнаться за ней.

Но мимо проехал небольшой грузовичок с фургоном. Он точно не имел отношения ни к Ефиму, ни к его такому же извращенному гостю.

Машина исчезла из вида, и только тогда Тамара почувствовала боль. Оказывается, ее уколола ветка кустарника, а она этого сразу и не заметила, поскольку находилась в состоянии, близком к шоковому. Сейчас можно было облегченно выдохнуть и продолжить путь.

Она выбралась из укрытия, но вместе с ней из-за кустов появился еще кто-то. Человек с шумом ломал ветки, шел параллельным курсом, в каких-то десяти-пятнадцати метрах от нее.

«Это Ефим или Эдик! Кто-то из них шел за мной каким-то коротким путем, наперерез, через лес», - решила Тамара и в панике бросилась назад.

Но этот человек заметил движение, повернул за ней и громко крикнул:

- Стой!

Она узнала голос Ефима, и от ужаса у нее едва не отнялись ноги. Но все же Тамара взяла себя в руки, вспомнила, что у Ефима ожирение. Вряд ли он дружил со спортом, а она находилась в прекрасной форме, постоянно совершала утренние пробежки.

Ефим действительно бежал с трудом, но Тамара уйти от него не смогла. Она оступилась чуть ли не в самом начале пути, подвернула ногу и упала. Девушка поднялась, попыталась бежать, но не смогла. Ефим догнал ее, повалил на влажный наст из перегнивающих листьев, хвойных иголок и скользких веток.

Она лежала на спине, а он сидел на ней и прижимал ее руки к земле.

- Ну вот и все. Отбегалась ты, девочка моя! - Этот негодяй дышал на нее перегаром и брызгал такой же вонючей слюной.

Он очень устал, дышал тяжело. В груди у Ефима что-то булькало, как будто сердце захлебывалось кровью. Тамара очень надеялась на то, что у него прямо сейчас случится инфаркт.

- Твоя девочка сейчас с Эдиком, - прохрипела она, задыхаясь от усталости.

- Вот именно поэтому я и должен трахнуть тебя.

- Это статья. До шести лет строгого режима.

- До десяти, - с ухмылкой проговорил Ефим. - Я тебя с особой жестокостью. Если сама не дашь.

Дыхание его успокаивалось, к нему возвращались силы, но в чувство он не приходил и смотрел на Тамару зло, невменяемо.

Все же она попробовала воззвать к его разуму:

- Ефим, тебе нужно успокоиться.

- А тебе - расслабиться, - заявил он, поднял колено и просунул его между ее бедер.

При этом Тамара смогла высвободить правую руку и царапнуть его ногтями по лицу.

- Сука! - прорычал этот негодяй и влепил ей пощечину с такой силой, что у нее потемнело в глазах.

Он тут же с силой прижал к земле ее руки.

- На помощь! - закричала она.

- Никто тебе не поможет, - прохрипел Ефим, срывая с нее трусики.

Тамара сопротивлялась изо всех сил, но помочь себе не смогла. В конце концов он раздвинул ей ноги, стянул с себя шорты.