Электронная книга - «325-й километр (СИ)». Краткое содержание книги:
— Может, оставишь формальности и расскажешь, как есть? — прерывает его Джин. — Мы тут вроде все в одинаковых условиях.
— Вы по-прежнему гражданские, — спокойно парирует Намджун. — Ваша безопасность — моя ответственность.
— В штатной ситуации, может быть, — Джин поднимается с места и подходит к Намджуну. Он накопил достаточно энергии и готов к возобновлению дебатов. — Но вряд ли у вас имеются подробные инструкции на случай восстания зомби, детектив.
— А ты у нас эксперт, что ли? — не выдерживает Юнги. Он выходит из-за спины Намджуна и несильно толкает Джина в грудь. Ему порядком надоело сохранят нейтралитет — враждебность Джина срабатывает как красная тряпка. Юнги готов согласиться, что сейчас не до бюрократических реверансов, но он никому не позволит так откровенно проявлять неуважение к себе или своему напарнику. Репутацию он выгрызал практически зубами, мирился с несусветной чушью от начальства и с предательством ребят с района. Даже стычки с пьяным отцом пережил, чтобы нацепить костюм приличного гражданина. Так что Джин может засунуть свои претензии куда подальше.
— Нет. Но я по крайней мере не притворяюсь, что все под контролем, — огрызается Джин, принимая вызов. Говорит ли в нем страх, усталость или банальное недоверие к полиции, он не знает. Проблем с законом у него со школьных времен не водилось. Тогда он еще был излишне самоуверен и без царя в голове. И может он с тех пор повзрослел и размяк, но водить себя за нос не позволит.
— Джин-хен, пожалуйста, — Тэхен хватает его за руку и тянет на себя. Еще драк им не хватало. — Зачем нам ссорится, если нас и правда скоро сожрут зомби?
— Никакие зомби вас не сожрут, — устало вздыхает Намджун и обращается уже к Джину: — Ты прав. Инструкций на случай атаки зомби у меня нет. Но мы на этом Титанике все вместе: срываясь на мне, ты ситуацию только усугубляешь. Поэтому если не против, я продолжу делать свою работу. Мы вернемся утром.
С этими словами он учтиво кланяется и уходит. Юнги шагает следом. Ярости в нем не поубавилось ни на грамм, и перепалку он готов прекратить только ради друга.
В конце концов все остаются у Тэхена на ночь. Добродушный Хосок предлагает детективам свою квартиру в качестве временного убежища. Во-первых, он даже представлять не хочет, каково это спать в одной квартире с убитой нуной. Во-вторых, он надеется, что таким образом задобрит этого вспыльчивого детектива Юнги. Хосок как настоящий пацифист считает, что насилия предостаточно было совершено в их доме и пора с этим заканчивать. Чонгук же просто отказывается возвращаться к себе, поэтому Тэхен раскладывает для них диван. Сам он вынужден делить кровать с Джином и Чимином.
У самого старшего настроение все еще скверное и никто не решается с ним заговорить. Джин занимает правую сторону кровати, ложась на самый край и отворачиваясь к окну. Засыпает он не сразу, долго смотря на огни ночного города. Пожалуй, больше всего в жизни Джин ненавидит несправедливость и откровенную ложь. Возможно, он перегнул палку сегодня, бросившись с обвинениями на детективов. Ему никогда не нравилась собственная вспыльчивость, но и отстранённое поведение Намджуна с Юнги не вызывало у него одобрения. Он сам не знал, чего ждал. Но порой ему не хватало открытости и честности в других людях. Наверное, поэтому он так проникся Тэхеном и тот стал его другом, а не просто очередным безликим студентом. Непосредственность Тэхена уживалась с жизненной мудростью, которой порой у иных стариков не наблюдалось. И что самое главное, Тэхен всегда был искренен, он не лукавил и не скрывал своих чувств. Это подкупало. С таким другом хотелось стать лучшей версией себя. Прежде чем наконец заснуть, Джин принимает решение поговорить с этим непробиваемым Намджуном наедине. Вдруг так они лучше поймут друг друга.
Утром в квартире Тэхена негде яблоку упасть. Намджун с Юнги приводят всех жителей, успевших вернутся домой до закрытия. На диване расположилась Судзуки-сан, чьи рисовые пирожки не менее популярны, чем корейское барбекю. Рядом с ней Канья — молодая девушка, перебравшаяся из Кхонкэна несколько лет назад и устроившаяся работать администратором в гостиничном комплексе. На полу, прислонившись к тумбе с телевизором, сидит Хён-су. Ему всего пятнадцать, но родители часто оставляют его одного, уезжая в продолжительные командировки. Вот и сейчас он остался без семьи. Выглядит достаточно самостоятельным и при этом довольно отстранённым, будто мысли его где-то далеко. Чонгук невольно узнает в нем себя. Джин с чашкой кофе занял кресло у окна, Чимин сидит на подлокотнике рядом с ним. Хосок устроился на диване с Каньей. Он не знает куда девать руки — то мнет ворот рубашки, то крутит кольцо на указательном пальце. Нервничает, это любому понятно. Тэхен стоит у него за спиной и смотрит с беспокойством, но с разговорами больше не лезет. Чонгук топчется сбоку, взглядом изучая участников этого странного собрания. Намджун занял место в центре, так чтобы его хорошо было видно всем, Юнги стоит поодаль. «Они как Бэтмен и Робин», — невесело усмехается про себя Чонгук.
Уже минут десять они рассказывают о правилах безопасности и примерном плане сосуществования в условиях чрезвычайной ситуации. Чонгука почему-то это не успокаивает. Пусть у них есть план, неизвестных в этом уравнении все еще слишком много. Погруженный в свои мысли, он не сразу замечает, как Тэхен берет его за руку и слегка сжимает ладонь. Жест простой, но по всему телу Чонгука пробегают мурашки, а волнение отступает на второй план. Держать Тэхена за руку странно, но чертовски приятно. Он осмеливается переплести их пальцы и коротко выдыхает от новых ощущений.
— Пока мы не знаем, когда социальные службы начнут разносить продовольствие. Поэтому нам надо оценить запасы. Прошу каждого проверить в своих квартирах и через час снова соберемся, — говорит Намджун в заключении и всё приходит в движение. Канья задает еще несколько уточняющих вопросов, и все расходятся по домам. Чонгуку очень не хочется уходить, с Тэхеном он чувствует себя в большей безопасности.
— Сходить с тобой? — предлагает Тэхен, легко считывая волнения Чонгука. Он тоже не в восторге от необходимости выпускать Чонгука из виду. — Джин и Чимин осмотрятся и без меня. Правда, ребят?
— Иди-иди, — Чимин выталкивает Тэхена следом за Чонгуком, не дожидаясь ответа последнего, и захлопывает дверь прямо перед носом. Если Тэхен и удивлен, то виду не подает. Напротив, широко улыбается Чонгуку.
— Похоже, он устал от нашей компании, — замечает Чонгук, удивленный резким поведением Чимина. Не то чтобы он не был ему благодарен, но выставлять Тэхена подобным образом было, пожалуй, чересчур. Чонгук надеется, что не стал ненароком причиной ссоры двух лучших друзей. А то, что у него появились собственнические чувства относительно Тэхена никому знать необязательно.
— Он просто нетерпеливый, — пожимает плечами Тэхен, нисколько не расстроенный и добавляет: — Идем.
⏳Находиться с Тэхеном наедине спустя столько времени странно. У них не было возможности обсудить всю эту чехарду эмоций и окончательно все прояснить. Но, честно говоря, Чонгук не сильно горит желанием. Получится неловко, скомкано, он обязательно будет запинаться и краснеть, а в итоге так и не сможет передать свои чувства. Разве не странно, что их вообще нужно выражать словами? Чонгуку всегда казалось, что действия красноречивее.
— Чонгук, — зовет Тэхен. Похоже, он-то как раз намерен поговорить. Может и вызвался пойти только по этой причине. До Чонгука слишком поздно доходит, что он сам подставился.
— Да? — небрежно откликается Чонгук, продолжая просматривать полки кухонного шкафчика. На самом деле он прекрасно помнит, сколько продуктов у него осталось. По воскресеньям он всегда ходит в ближайший продовольственный. При иных обстоятельствах сейчас он как раз туда бы собирался.