Всемирная история. Османская империя

Европейские беженцы, в большинстве своем опытные ремесленники и торговцы, принесли своей новой родине неоценимую пользу. Султан Баязид открыто потешался над глупостью короля Фердинанда, выжившего из Испании тех, кто делал ее богаче. Для Кемаля же чужие потери обернулись прибылью – что характерно для пиратов. За верную службу и оказанную империи услугу султан в 1495 году произвел его в адмиралы. Свое назначение Кемаль-реис отметил постройкой для себя нового флагмана. Боевой корабль, названный «Göke», то есть «Небо», обладал невиданной прежде для турецкого флота огневой мощью и мог перевозить на своем борту до семи сотен солдат. Свое детище адмирал с успехом испытал в столкновениях с венецианцами и «пиратами»[17] – иоаннитами с Родоса. Грабительские набеги Кемаль-реис сочетал с гуманитарными миссиями – в 1497 году султан Баязид велел ему перевезти паломников в Мекку. Впрочем, по пути Кемаль-реис после ожесточенного боя захватил два португальских судна.

Зенитом военной карьеры Кемаль-реиса стала первая громкая морская победа османов над венецианцами в битве при Зонкьо, также известной как сражение при Сапиенце, или Первая битва при Лепанто. В ходе османо-венецианской войны 1499–1503 годов флот Кемаль-реиса в августе 1499 года прибыл к мысу Зонкьо в Ионическом море. И турки, и венецианцы привыкли использовать лежащий неподалеку остров Сапиенца как удобную базу для временной дислокации. Столкновение было неизбежно. Сражение началось 12 августа и, с большими перерывами, длилось четыре дня. С турецкой стороны в море находились 67 галер, 20 галиотов[18] и примерно 200 мелких судов поддержки; венецианцы под командованием Антонио Гримани[19] привели к мысу 47 галер, 17 галиотов и больше ста небольших вспомогательных судов.

Поначалу противники действовали нерешительно. Османам не хватало уверенности, чтобы атаковать признанных хозяев морей венецианцев, а те, в свою очередь, не доверяли своему командованию. Антонио Гримани, бывший купец, стал генерал-капитаном за взятку и не обладал ни необходимой лидеру харизмой, ни опытом руководства большим флотом. Многие из формально подчиненных Гримани капитанов попросту отказались выполнять его приказы. На второй день Гримани пошел на крайние меры – приказал матросам республиканского флота убивать своих командиров в случае неподчинения. Это подействовало.