Монстры: руководство для исследователя магических существ [litres]

«Еще в детстве мамки да няньки так запугали нас рассказами о страшенном диаволе с рогами на макушке, огнедышащей пастью и хвостом в штанах, сатане с глазами, как плошки, песьими клыками, медвежьими когтями и львиным рыком, что мы трясемся от каждого шороха; так запугали они нас бабаями, духами, ведьмами, домовыми, эльфами, кикиморами, феями, сатирами, панами, фавнами, силенами, кит-со-свечками, тритонами, кентаврами, гномами, великанами, чертями, калкарами, колдунами, нимфами, подменышами, инкубами, Робином Добрым Малым, спурнами, мороком, дубовым народом, адскими колесницами, огнедышащими драконами, паклами, мальчиком-с-пальчик, хобгоблинами, Томом-неваляшкой, бескостными и прочими страстями, что мы шарахаемся от собственной тени».

Точно так же, хоть и менее витиевато, гипотеза культурного источника указывает на то, что традиционный фольклор содержит подробные описания различных видов воображаемых существ, таких как призраки, духи, вампиры и т. п. Считается, что, если человек вырос на таком фольклоре, он с большей вероятностью может усмотреть в совершенно естественном явлении присутствие или действие таких существ. К примеру, такие люди могут увидеть болотный газ и решить, что это дух, или принять вызванную стрессом галлюцинацию об умершем человеке за привидение. Аналогичным образом те, кто знаком с подобными традициями, могут использовать их как основу для разного рода мистификаций, а другие – принимать такой обман за чистую монету.

Безусловно, ошибочные определения тоже возможны. Подобные случаи документировались еще в начале прошлого века, когда исследования призраков и других экстрасенсорных явлений были широко распространены. И разумеется, разного рода подделки и мистификации в этих областях далеко не редкость. Проблемы появляются, когда эти признанные, но единичные случаи пытаются сделать универсальным аргументом. Предположение же о том, что все встречи с чудовищами обусловлены культурным источником, как на этом настаивает гипотеза, не очень хорошо согласуется с фактами, поскольку факты указывают на то, что в пугающем числе случаев опыт не обусловлен фольклорной традицией. Скорее, наши предположения неверны, а фольклорные традиции, в свою очередь, обусловлены настоящим опытом.