Стратегия черепахи. Простые истины, обращающие неминуемое поражение в неожиданный успех

Марку неловко, он знает, что должен выступить перед людьми на совещании, но ему очень хочется подойти к ребенку. Он пытается подойти к стеклу, но не может. Он смотрит вниз и видит, что на его пути стоит стул. Он его отодвигает, но на этом месте сразу же оказывается новый стул, и так повторяется снова и снова. Чем быстрее он убирает препятствие, тем быстрее на его пути появляется новое, загораживая от него мальчика, который говорит и плачет все настойчивее, но по-прежнему беззвучно.

Теперь Марк уже у себя дома. Он стоит посреди кухни в их доме рядом со своей женой и, слушая ее, снова видит в проеме двери того же самого ребенка. Мальчик по-прежнему держит руки за спиной, он расстроен, его все так же не слышно. Марк пытается приблизиться, но почему-то едва может двигаться, ребенок же все это время пятится и пятится от него. И вот уже они оказываются в переходе лондонского метро – по этому переходу Марк каждый день ходит на работу и с работы. Он ускоряет шаг, пытаясь нагнать мальчика и в то же время опасаясь привлечь к себе внимание, – вдруг кому-то покажется, что он преследует ребенка. И еще он очень боится упустить мальчугана из виду.

В определенный момент этот страх превращается в панику. Марк чувствует, как его дыхание учащается, как быстро бьется сердце. Наконец ребенок упирается спиной в стену, и Марк может к нему подойти. Мальчик смотрит на него, на его лице обида и злость, он по-прежнему не издает ни звука. Марк берет его за руки и видит, что они крепко сжаты. Марк понимает, что должен увидеть, что тот держит в руках. Мужчина пытается разжать детские кулачки, но ребенок сопротивляется. Наконец ему удается разжать ладони мальчика, и тот пристально смотрит Марку в глаза, а на детском лице проступает выражение глубокого облегчения, даже благодарности. Марк смотрит вниз, на ладони ребенка – они разжаты, и в них ничего нет.

Проснулся он внезапно. Он помнил, что видел какой-то тревожный сон, но детали уже ускользнули от него. Стянул маску, глянул на часы: он проспал четыре часа. Марк повернулся к соседу – кресло слева было пустым.

– Вы подумали, что и я вам приснился? – услышал он голос мужчины, который, широко улыбаясь, уверенно шагал по проходу к своему месту.

– Так вы еще и мысли читаете? Да, подумал было, но быстро отбросил эту мысль, – очень уж реальным вы мне показались.

– Вот и славно. Ужасно было бы узнать, что ты всего лишь плод чьего-то беспокойного подсознания.

– Знаете, мне приснился очень странный сон.

– Какой сон? – в голосе мужчины звучал неподдельный интерес.

– Я не совсем уверен, но я помню, что мне не удалось получить то, что я хотел. Удручающий сон.

– А что вы хотели?

Марк вдруг почувствовал странность происходящего. По крайней мере, для его обычной жизни это казалось практически немыслимым: он разговаривал с едва знакомым человеком на очень личную тему, пребывая в очень уязвимом состоянии между сном и бодрствованием, и пытался объяснить тому что-то, что было не до конца понятно ему самому. Однако он продолжил: