Лживая [под псевдонимом К. Рейли][ЛП]

Через минуту, запыхавшись от бега по четырем этажам, я оказалась в додзё. Я оглядела зеленые маты, зеркала от пола до потолка и подвесные боксерские мешки.

Алек отрабатывал удары ногами на одном из мешков. Я остановилась в дверях. Он был без футболки, только в черных штанах. Его мышцы напрягались при каждом ударе, а искусственный свет галогенных ламп делал его кожу золотистой. На его правом плече красовалась большая татуировка в виде черного дракона, скрывавшая шрам, который он заработал в детстве. Он упал с перил на два этажа после того, как родители бросили его в переполненном торговом центре за день до Рождества. Он не должен был выжить после падения, но его Вариация спасла его. Алек всегда рассказывал, что Вариация помогла ему обмануть смерть, но СЭС помогла ему выжить. На его теле было больше шрамов, разбросанных по всему телу, от миссий, в которых я была слишком неопытна, чтобы участвовать — до сих пор.

Не глядя на меня, он произнёс:

— Ты опоздала на две минуты.

Он нанёс еще один удар, прежде чем повернуться. Его глаза тут же опустились, читая слова на моей груди. По шее поползло тепло, и я пообещала себе, что поблагодарю Холли позже.

Оторвав взгляд от моей груди, он посмотрел на мое лицо, на котором не было ни намека на смущение.

— Хорошая футболка, — сухо сказал он. — О, и двадцать отжиманий за опоздание.

Моя улыбка померкла. Я подошла к нему, изо всех сил стараясь не любоваться открыто мускулами на его груди.

— Да ладно, Алек. Не веди себя так высоко и могущественно. Ты не Майор.

Его серые глаза смотрели на меня, выражение его лица было жестким.

— Тридцать отжиманий, Тесс.

Его голос был напряженным.

Каждый раз, когда он произносил это прозвище, мне хотелось уткнуться носом в его шею и позволить ему обнять меня. Много лет назад моя мама называла меня так. Тогда, когда она еще заботилась обо мне, возможно, даже любила меня.

Я встала на колени и поддержала свой вес руками. Первые несколько отжиманий прошли нормально, последующие — не очень, и когда я дошла до двадцатого, мои руки начали дрожать.

— Тебе нужно чаще тренироваться. Твои мышцы рук почти не работают.

Какого черта. Он пытался быть смешным? Мои руки не так уж плохи. Не каждый может быть таким сильным и мускулистым, как Алек. Вообще-то, никто не мог.

— Заткнись, — ответила я.

Я снова отжалась. Осталось всего десять раз. Коврик под моим телом был такого же бледно-зеленого оттенка, как и больничный халат Мэдисон. Перед моими глазами промелькнул яркий образ ее хрупкого тела. Руки подкосились, и я ударилась лицом о коврик. В нос проник слабый запах ног и пота.

— Тесс?

Алек положил теплую руку мне на плечо. Его голос окрасился беспокойством.

Он сел рядом со мной, и вокруг нас воцарилась тишина.

— Хочешь поговорить об этом?