Тайная лавка ядов [litres][The Lost Apothecary]

Он шагнул ко мне, посмотрел мягким умоляющим взглядом:

– Я совершенно по-идиотски ошибся. Больше ничего не было, и с тех пор я ее не видел…

Новая ложь. Я снова ткнула в него телефоном, показывая пару черных трусиков в ящике стола.

– Уверен? Потому что она только что прислала тебе вот эту фотографию, попросив не забывать прошлую пятницу. Похоже, она теперь хранит в твоем столе свое нижнее белье?

У него заблестел от пота лоб, пока он придумывал объяснение.

– Это просто розыгрыш, Кэ…

– Вранье, – перебила его я, и по лицу у меня полились слезы.

В мозгу у меня нарисовалась безымянная фигура – женщина, которой принадлежали эти крошечные черные трусики, – и я впервые в жизни поняла необъятную ярость, которая доводит некоторых до убийства.

– Ты не очень-то работал в офисе в пятницу, да?

Джеймс не ответил; молчание было таким же признанием вины, как согласие.

Я поняла, что не могу больше верить ничему, что он говорил. Я подозревала, что он не только видел черные трусики своими глазами, но и сам их с нее снял. Джеймс редко не находил слов; если бы между ними не произошло ничего серьезного, он бы сейчас непреклонно защищался. Вместо этого он молчал, и на его потухшем лице большими буквами была написана вина.

Сам по себе секрет – то, что Джеймс мне изменил – был уже плох. Но в тот момент отвратительные болезненные вопросы о той женщине и серьезность их отношений казались не такими критичными, как то, что он несколько месяцев хранил эту тайну. А если бы я не нашла его телефон? Сколько бы он еще это от меня скрывал? Мы только прошлой ночью занимались любовью. Как он смел притащить в нашу постель тень этой женщины, в священное место, где мы пытались зачать ребенка.

У меня тряслись плечи, руки дрожали.

– Все эти ночи, когда мы старались зачать. Ты думал о ней, а не…

Но я подавилась словами, не в силах выговорить «обо мне». Я не могла связать эту пародию с нами, с моим браком.

Прежде чем он успел ответить, меня накрыла неукротимая тошнота, и я рванулась в туалет, захлопнула за собой дверь и заперла ее. Меня вырвало пять, семь, десять раз, пока совершенно не опустошило.

Рев лодочного мотора на реке выдернул меня из воспоминаний. Я подняла глаза на Холостяка Альфа – он смотрел на меня, разведя руки в стороны.

– Готовы? – спросил он.

Я смущенно кивнула и пошла за ним к группе из пяти-шести человек. Некоторые стояли на коленях, перебирая гальку. Я подошла поближе к своему гиду и тихонько сказала:

– Простите, но я не совсем понимаю, что такое мадларкинг. Мы что-то ищем?

Он взглянул на меня и рассмеялся так, что затрясся живот.