Библиотека литературы Древней Руси. Том 7 (Вторая половина XV века)

Бе же тогда посадник степенный[3] Добрыня именемъ. И немцы, слышавше жестокий ответъ от архиепископа и от всего народа, и своимъ лукавствомъ биша челомъ посаднику Добрыне и даша ему посул великъ. О семъ бо и Соломонъ рече: «Все послушают злата». Посадник же Добрыня и съ злыми своими советники повели немцом говорити старостам купецкимъ и купцомъ новгородцкимъ: «Толко нашей божнице — храму святых верховных апостолъ Петра и Павла — не быти у вас въ Великомъ Новегороде, ино вашимъ церквамъ у нас, по нашим городомъ, не быти же».

И, то слышавше, старосты купецкие и все гости новогородцкие начаша бити челомъ господину своему отцу архиепископу, имя рек, и всему Великому Новугороду, рекуще: «Пожалуйте, поволите немцомъ поставити ропату[4] по их обычаю и вере, и место имъ дайте, где полюбят, занеже не будет их божницы зде, ино нашимъ церквамъ у ихъ не быти». Таже и посадникъ Добрыня за старость и за гости начат говорити: «Толко не будет наших церквей по немецкимъ городомъ, ино нашим гостем новгородцкимъ велми будет нужно». И архиепископъ и новгородцы, послушав посаднича совета и гостей своих челобитья, поволиша немцомъ поставити ропату, а место имъ укажет посадникъ, где будет прилично. И немцы избраша себе место посреди града, в торгу, где стоит церковь деревяна святаго Иоанна Предотечи.[5]

Посадникъ же Добрыня, ослеплен мздою и наученъ диаволомъ, повелелъ церковь святаго Предотечи снести на ино место, а то место отвелъ немцом. Предотеча же Господень не терпя вражия навета и его злаго советника, что испоругалъ святый его храмъ мзды ради. В нощи убо той услыша понамарь тоя церкви Предотечевы глас, глаголющь ему: «Заутра на третьемъ часу дневномъ иди на Великий мостъ[6] и повели новгородцемъ смотрити Добрынина посаднича чюда». И понамарь заутра възвести новгородцомъ, якоже слыша. И абие стекошася множество народа на Великий мостъ видети — что хощет быти?

И како же поеха посадник Добрыня с веча къ своей улицы чрез Волхово въ насаде[7] с людми своими, и внезапу прииде вихръ и, вземъ насад, възнесе на высоту яко боле дву саженей[8] и удари о воду. И ту потопе посадникъ Добрыня къ дну, а прочих всех переимаша в судех в малыхъ перевозники. И тако неводы, мрежами и ужи едва възмогоша вывлещи тело его из реки. За свое же лукавьство не получи и погребениа, яже есть обычай православнымъ.

Сия ми поведа игумен Сергий Островьского манастыря[9] от святого Николы, отець Закхиевъ, нынешнего игумена Хутиньского.[10]

О той же ропате. И якоже совръшиша немцы ропату свою, и наяша иконников новгородцких и повелеша имъ написати образ Спасовъ на ропатнемъ углу, на полуденней стране в верху, на прелесть христианом и на соблазнъ. И якоже написаша иконописцы образ Спасовъ на ропате, а архиепископа не доложа, и открыша покровъ, и абие въскоре томъ часе прииде туча з дождемъ и з градом, и выбило градом и место то, идеже былъ написан образ Спасовъ, и левкас[11] смыло дождемъ, якоже не явитися ни знамению писаниа.