Истребитель великанов (ЛП) [calibre 5.32.0]

— Я хочу лично убить Готрека Гурниссона, — заявил Грум из Ночного Клыка. Он возвышался в тенях, словно небольшая гора из брони и металла. Замысловатая сеть мощных заклинаний на его доспехах едва не ослепляла магическое зрение Келмайна. Полководец словно ошалел с того момента, как потрёпанные разведчики вернулись из метели, сообщив о присутствии гнома. Сейчас Келмайн жалел, что упомянул об этом, но он был у Праага и знал, что данному разведчиками описанию соответствует лишь Готрек Гурниссон и его спутники.

— Зачем? — спросил волшебник Хаоса лишь спора ради.

Келмайн разглядывал каменные стены древнего вестибюля, пытаясь обрести терпение. Руны восхищали его, как и причудливая резьба, но уж очень беспокоила вонь. Он прикрыл рот и нос когтистой рукой. От Грума несло потом, а также застарелой кровью и мозгами, засохшими на его доспехе. Обычно Келмайн не считал себя брезгливым, как и следовало любому в его сфере деятельности, но это было уже на грани.

— Затем, что его топор сразил Арека Коготь Демона, и он нужен мне самому. Такое оружие будет достойным меня. Принимая во внимание неуязвимость доспехов Арека, — низким голосом пробасил Грум.

Снаружи, отражённые сплетёнными Келмайном заклинаниями, вихрились ветер и снег.

Келмайн вгляделся в парящий кристалл и увидел внутри своего близнеца Ллойгора. Он тоже мог бы находиться в зале того унылого храма на острове Альбион, а не в без малого тысяче миль оттуда. Высокий, худой, лисьи черты лица, бледная кожа. Разница была в том, что Ллойгор был в золотом одеянии, а не в чёрном, и при нём был рунический золотой посох, в отличие от его собственного посоха из эбена и серебра. Ллойгор помахал рукой перед носом, а затем прикрыл ей рот. Келмайн понял, на что тот намекал. Келмайн недоумевал, почему из всех собравшихся полководцев Хаоса в сопровождающие для этой разведывательной вылазки ему достался Грум? Почему не Кестранор Оскопитель? Мускусный запах последователя Слаанеш был, по крайней мере, приятен. Даже Тчулаз Хан, покрытый гнойниками последователь Нургла, был бы в этом отношении предпочтительнее. Жаль, что Келмайн вытащил короткую соломинку и был вынужден сопровождать эту разведывательную миссию. Этому он предпочитал даже жалкую сырую погоду того мерзкого острова. «Однако кто–то должен это сделать», — твердил он себе. Их ученики целиком заняты проводом войск по путям, и, по правде говоря, сама идея использования древней паутины межпространственных проходов возбуждающе на него воздействовала.

— Это чрезвычайно опасное оружие, — сказал Келмайн и сразу же пожалел, что раскрыл рот.

Вонь едва не вызвала у него рвоту. Вероятно, здесь замешано нечто магическое. Обычно он не столь подвержен тошноте. А возможно, к этому имеет отношение ужасное оружие последователя Кхорна. Один лишь взгляд на него магическим зрением вынуждает волшебника поёживаться. Не хотел бы он принять смерть от подобного оружия. В этом случае смерть станет наименьшей заботой.