Горький вкус страсти

Только бы не покраснеть!

Его брови вскидываются вверх, и он с лукавым интересом смотрит на меня. В его глазах легко читается узнавание, и, похоже, он рад меня увидеть в числе своих студентов. Или мне показалось?

На мне, конечно, короткая светло-серая юбка в складочку. А как иначе? Я люблю, когда на меня в моей короткой юбке оборачиваются мужчины. И джемпер, который выглядит так, словно его нарисовали на моей фигуре. Особый смак, думается, мне придают модные замшевые ботильоны на высоком коричневом каблуке.

– Вы с этого потока? – уточняет он для верности, скользя по мне сверкающим взглядом.

Я утвердительно киваю головой и нервно ежусь, пока его глаза неспешно поднимаются от моих ног в дымчатых ботильонах с эффектными кожаными вставками, потом выше, задерживаются на мгновение на груди (я сглатываю), потом останавливаются на моих губах, а потом очередь доходит и до глаз. И все это волшебное сканирование продолжается не больше трех секунд, наверное. Это объясняю я так долго.

–Да, конечно, проходите, – он широким изящным жестом предлагает мне войти и занять место.

И немного улыбается мне краешком рта. И от этой его легкой улыбочки мир вокруг сразу раскрашивается яркими радужными красками.

Я смотрю на ряды столов, поднимающиеся кверху стройными линиями, выхватываю взглядом свою группу. Найти ориентир мне помогает Стас. Он машет мне рукой где-то с крайнего места в центральной части аудитории: они, как и обещали, заняли мне место.

Я уверенно шагаю к своим одногруппникам. Пока я иду, я чувствую, что Буров смотрит на меня, мне даже не надо оборачиваться, чтобы удостовериться в этом. Ноги на высоченных каблуках немного подкашиваются. Но не оттого, что я на каблуках ходить не умею. Здесь я профи. А оттого, что он смотрит на меня. Я остро чувствую каждый свой шаг.

– Ты сегодня выглядишь просто офигительно, – восхищенно смотрит Стас, когда я на трясущихся ногах все-таки дохожу до спасительной лавки и сажусь с облегчением на нее.

Он делает попытку поцеловать меня в шею, и, на радость Стасу, я позволяю ему это сделать, ловя на себе взгляд пронзительных светлых глаз цвета ультрамарина, цвета моря…

Геля, наклонившись вперед к парте, чтобы я смогла ее увидеть за Стасом, шепчет, вытаращив глаза:

– Ты чего опоздала?

Я просто нервно повожу плечом, мол, всякое бывает и, достав тетрадку, утыкаюсь в нее носом, делая вид, что очень сильно увлечена предметом.

Но мне как-то совсем не до высоких дисциплин. Я до сих пор не могу унять дрожь в коленках и восстановить сбившееся дыхание. Мое дефиле произвело, конечно, на всех впечатление, и главное: я добилась того, чего хотела. Он увидел меня среди этой безликой массы и узнал. Но вот все-таки оно мне дорого встало. Переволновалась под всеми этими пронзительными взглядами.

Постепенно я прихожу в себя.

Наблюдать со своего места за ним, его движениями, его голосом, его улыбкой, постоянно озаряющей его красивое лицо, – сплошное удовольствие.