![Адмирал Спиридов [Краткий очерк жизни и деятельности] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/8/6/3/4/admiral-spiridov-kratkij-ocherk-zhizni-i-deyatelnosti-download.jpg)
Адмирал Спиридов [Краткий очерк жизни и деятельности]
- Автор: Юнга Евгений Семенович
- Год: 1957
- Язык: русский
- Год: Военное издательство Министрества Обороны Союза ССР
- Жанр: Военная история
Электронная книга - «Адмирал Спиридов [Краткий очерк жизни и деятельности]». Краткое содержание книги:
Основоположник новой линейной тактики, решившей исход неравного боя в Хиосском проливе, а затем и судьбу всего турецкого флота в Чесменской бухте, — Спиридов проторил дорогу многим последующим победам, одержанным русскими моряками под командованием Ушакова, Сенявина, Лазарева и Нахимова на Черном и Средиземном морях. В этом непреходящая слава адмирала Спиридова, с именем которого навсегда связана самая выдающаяся вообще в истории парусного флота победа на море.
Рассчитана книга не только на моряков, но и на самый широкий круг читателей.
Спиридов, да и все, кто изучил опыт прошлых кампаний, например, Азово-Черноморской кампании, решительно высказались против мнения, будто бомбардированием с моря можно всегда принудить крепость к сдаче. Успешная осада Мемеля в 1757 году — на нее ссылались противники всяких новшеств в боевых действиях флота — не должна была сковывать разумную инициативу на дальнейшем пути к победе. Тем более, что противник, несомненно, сделал для себя выводы из прошлых поражений. Вот почему те, кто разделял точку зрения Спиридова, предложили другое: не теряя времени, произвести на малых судах точную разведку артиллерийской мощи укреплений Кольберга, затем высадить десант с кораблей, включить в него, помимо обычных десантников — морских пехотинцев, также матросов из судовых экипажей и, договорясь с командующим сухопутными войсками, одновременно с двух сторон предпринять штурм крепости.
Мишуков не внял дельному совету. У осторожного адмирала был один и тот же, неизменный и неотразимый, как ему казалось, довод против новшества: победа над пруссаками у Мемеля 25 июня 1757 года. Флот, дескать, без всякого десанта разделил лавры ее с армией. Достаточно было участия кораблей в осаде Мемеля, бомбардировки с моря, подвоза на судах снаряжения и провианта осаждавшим, чтобы город и крепость в конце концов сдались сухопутным войскам.
Поэтому Мишуков не желал брать на себя ответственность за новшество, отклонил предложение о десанте силами судовых команд, затянул выход флота и, понятно, прозевал удобный момент.
Противник, наученный предыдущими осадами, воспользовался медлительностью адмирала и отсутствием блокады с моря. Прежде чем флот бросил якоря вблизи Кольберга, крепость успела получить свежие резервы, доставленные ей морским путем.
Вскоре настала пора осенних непогод, особенно неблагоприятных для якорной стоянки у берегов Померании, открытых ветрам. Запоздав с высадкой десанта и в силу этого ни в чем не преуспев, Мишуков увел корабли обратно в Кронштадт. А на берегу началась распутица, необычайно осложнившая снабжение русских войск по сухопутью. Она вынудила армию снять осаду Кольберга и уйти на зимние квартиры.
Все это и определило организационные перемены в Балтийском флоте. Адмиралтейств-коллегия была поставлена перед необходимостью пойти на них, несмотря на то, что Мишуков осторожничал по ее инструкциям. Да и не один Мишуков. Большинство моряков находилось всецело под властью консилиумов, или конзилий, без которых ни командир, ни флагман не смели предпринимать ничего — и непосредственно в боевой обстановке, и вне ее. Любой маневр, тем более не принятый в то время, требовал утверждения консилиумом, состоявшим из всех начальствующих лиц отряда кораблей. Это в боевой обстановке приводило к полнейшей нелепице. В море, иногда на глазах у противника, теряя выгодное время, флагман был вынужден отдавать приказание кораблям лечь в дрейф, созывать к себе командиров их и только после составления и подписания всеми присутствовавшими на совещании акта о маневре (главное, чтобы акт был подписан) предпринимать дальнейшие действия. Еще хуже было, если жизнь подсказывала введение каких- либо новшеств, совершенно необходимых для флота. Не только флагман на эскадре, но и командующий флотом не имел права прибегать к новшествам, если не было разрешения Адмиралтейств-коллегии. Естественно, что такие правила, во-первых, сводили на нет многое в действиях флота, что зависело от времени, во-вторых, приучали флагманов и командиров к безответственности, к нежеланию даже заикаться о чем-либо новом.
Ясно, что осторожничанье Мишукова нельзя было ставить в вину только ему. Он поступал, как поступали в то время многие военачальники и в армии и на флоте.
Так и пытались оправдывать адмирала его сторонники. Но теперь его нерешительность не могла остаться безнаказанной. Подросло новое поколение командиров, воспитанное на понятиях, привитых ему Нагаевым, Спиридовым, Лаптевым, не желавшее мириться с догмами и рутиной.
Общее недовольство консерватизмом командующего Балтийским флотом и неудачей у Кольберга было настолько велико, что нашло свое отражение даже в указе Елизаветы, адресованном Адмиралтейств-коллегии:
«...Адмирал Мишуков, хотя и в добром намерении, однакож, повидимому, гораздо излишне полагался, что и одним с моря бомбардированием Кольберг к сдаче принужден будет...»
Волей-неволей Адмиралтейств-коллегии пришлось подчиниться духу времени.