В сентябре вода холодная [litres]
- Автор: Князева Анна
- Серия: Анна Стерхова. Расследование архивных дел #3
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: 1 редакция (1)
- ISBN: 978-5-04-165344-6
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «В сентябре вода холодная [litres]». Краткое содержание книги:
Анна Князева – автор, которого любят тысячи. Ее остросюжетные романы не оставляют равнодушной ни одного читателя. Живой темперамент, жизнелюбие и разносторонние интересы позволяют Анне Князевой писать романы с динамичным сюжетом, который захватывает читателя с первой же страницы.
Ценители остросюжетной прозы любят книги Анны Князевой за неожиданность сюжетных поворотов, обаятельных героев и легкий слог. Все это есть и в новом романе «В сентябре вода холодная». Его главной героиней вновь стала подполковник столичной полиции Анна Стерхова, прибывшая для расследования дела, оставшегося нераскрытым.
«Будь я на месте следователя, я бы тоже решила, что женщина с девочкой выбрались из машины и утонули», – подумала Анна.
«Внутри транспортного средства на водительском сиденье обнаружено тело мужчины, пристегнутого ремнем безопасности. Мужчина сидит, навалившись головой и грудью на руль. Голова повернута вправо, щека прижата к рулю. Левая рука опущена вниз, правая – отведена в сторону и лежит на пассажирском сиденье ладонью кверху. Одет в куртку синего цвета…»
– Это потом! – Анна перевела взгляд в конец страницы и прочитала:
«В ногах погибшего лежат две стреляные гильзы девятого калибра и пистолет Макарова. На обивке переднего пассажирского сиденья – два пятна бурого цвета. Одно – овальное двадцать на пятнадцать сантиметров на верхней трети спинки. Второе – на горизонтальной поверхности сиденья десять на пять сантиметров. На заднем сиденье лежит дамская сумочка синего цвета. В проходе между передними и задним сиденьями находятся две объемные сумки».
– Стрелял в машине? Зачем? И где остальные гильзы?
Стерхова отыскала протокол осмотра трупа, пропустила первые строки про понятых и стала читать.
«Нерезко выраженные признаки мацерации[1] кожи кистей рук. Наличие мелкопузырчатой пены в отверстиях носа и рта. Имеют место первые признаки гниения трупа».
– Так, а что у нас с температурой воды? – Она перелистала страницы протокола туда и обратно. – Ага…
«Осмотр проводился в пасмурную погоду при температуре воздуха плюс тринадцать, воды – плюс семь».
– Все верно, труп пробыл в реке не менее суток.
«Рот приоткрыт, в носовых ходах также видна водянистая кровяная слизь. Видимые зубы целы. Язык – за линией зубов, не ущемлен. В области левого лобного бугра имеется открытая рана, величиной три с половиной на два сантиметра. На голове в области макушки кровоподтек неправильно-овальной формы размером восемь на три сантиметра. В области грудины обширная гематома».
– Лбом стукнулся об руль, когда машина падала в воду – это понятно, гематома грудины – того же происхождения. А кровоподтек на макушке откуда? – хмыкнула Анна.
Она перечитала протокол осмотра еще раз, потом отыскала заключение судмедэксперта, в котором говорилось, что причина смерти Виктора Савельева – утопление.
Содержание алкоголя в крови было небольшим – ноль целых две десятых промилле, что соответствовало легкому опьянению. Однако при вскрытии в желудке было обнаружено около полулитра водки.
Анна вчиталась в подробное описание повреждений на теле Савельева.
«Имеются неполные поперечные переломы второго и третьего ребра на левой половине грудной клетки. Зона разрыва проходит по внутренней костной пластинке. Особенности переломов позволяют сделать вывод, что на наружной поверхности ребра имеются признаки растяжения костной ткани, а на внутренней – сжатия, то есть перелом является конструкционным».
Анна достала телефон и сделала снимок заключения.
– Думаю, пригодится… Ну а теперь – схемы и фотографии.
Она раскрыла вкладку со схемой, сориентировала ее по сторонам света, увидела мост и проронила:
– Длина – тридцать два метра… Не такой уж ты маленький.
Траекторию движения машины Савельевых на схеме обозначили тонкими и чрезвычайно короткими линиями, вероятно, потому, что следы протекторов сохранились исключительно вблизи ограждения и непосредственно под ним.
Анна положила поверх схемы фототаблицу. Рассматривая снимки, она приподнимала то один ее край, то другой, чтобы определить по схеме направление и место съемки.
Каждому снимку были присвоены номер и дата, а также номер протокола, к которому он прилагался. Здесь же были указаны параметры и условия съемки.
«Фотографирование произведено фотоаппаратом „Зенит-7М“ с объективом „Гелиос-44М“ на пленку чувствительностью шестьдесят четыре единицы. Замеры произведены с помощью стандартной рулетки. В процессе осмотра изготовлены и прилагаются к протоколу: общий план места происшествия, схема расположения машины и фототаблица».
«Схема расположения машины»… – Анна заглянула под левый край таблицы, увидела на схеме прямоугольник со скошенным носом и спросила себя:
– Автомобиль лежал на дне носом к мосту?
Это показалось ей странным. На ум пришла разумная мысль: какой силы должно быть течение, чтобы за одну-две минуты, пока тонула машина, развернуть ее в воде на сто восемьдесят градусов?
Она вернулась к таблице, вернее, к тому снимку, на котором были зафиксированы следы автомобильных протекторов. На дощатом покрытии моста, забросанном грязью и камнями, их было два. Правый – смазанный, как при торможении, левый – с хорошо различимым рисунком протектора.
1
Мацерация – набухание кожи.