Остров, куда не вернулся мир
- Автор: Сапронов Владимир Андреевич
- Год: 1981
- Язык: русский
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Остров, куда не вернулся мир». Краткое содержание книги:
До возвращения Окинавы Японии аэропорт Нахи был американской военной базой. Сейчас база несколько потеснилась, дав больше места гражданским самолетам, а на ее территории обосновались эскадрильи «Старфайтеров» японских ВВС.
На Окинаву мы прибыли, чтобы работать в советском павильоне на международной выставке «Экспо-75 — Мировой океан». Открытие выставки было намечено на 19 июля. Нашу группу встретил прилетевший накануне Володя, шофер микроавтобуса. Через несколько дней ему придется возить нас на работу.
Раздвижная стеклянная дверь раскрылась при нашем приближении, и мы вышли на улицу. Воздух показался горячей осязаемой массой. Средняя влажность на Окинаве 79 процентов, и, хотя столбик термометра редко переползает за отметку 30, чувствуешь себя как в настоящей бане. Однако по сравнению с Токио, где июль не прохладнее, здесь гораздо легче переносить жару. Нет режущего глаза едкого скопления копоти, промышленной пыли и бензиновых паров. Эти «блага цивилизации» Окинава еще не познала в полной мере.
Машина тронулась с места и покатила по правой стороне дороги. Во всей Японии движение левостороннее. Долгое время американские военные автомобили были единственным транспортом на Окинаве. Неудивительно, что американцы ввели свои правила движения. Целое поколение водителей выросло при правостороннем движении. Окинавцам не очень-то хотелось расставаться с привычным порядком. Однако по распоряжению правительства 30 июля 1978 года все машины снова двинулись по левой стороне. Только в один тот день полиция зарегистрировала 84 дорожно-транспортных происшествия.
Наш автобус петлял из стороны в сторону, высвечивая фарами подступавшие почти к самой проезжей части ряды колючей проволоки. За ними, ближе к берегу, виднелись нагромождения гигантских черных силуэтов, как будто целый флот вышел из моря на сушу. Впоследствии я узнал, что расквартированная на Окинаве 3-я дивизия морской пехоты держит здесь свои десантные баржи. Во время войны в Индокитае тут был своего рода перевалочный пункт. Постоянно причаливали и отчаливали транспортные корабли, целый день гудели портовые краны, защитного цвета армейские грузовики сновали через ворота. Теперь же баржи, некогда штурмовавшие берега Вьетнама, отлеживаются, словно отдыхая от многолетней войны.
В Наху въезжают со стороны аэропорта по главной магистрали префектуры — государственному шоссе № 58. Титул государственной в Японии может получить только дорога, которая связывает минимум две префектуры. Между тем дальше отвесной скалы Каяути-банта на автомобиле не поедешь. Отсюда можно продолжить путешествие только по воздуху или морем. Однако официально маршрут № 58 заканчивается в городе Кагосима, расположенном в двадцати часах плавания от Окинавы. До сих пор окинавцы не могут привыкнуть к новой нумерации. Как и раньше, они называют дорогу «шоссе № 1», тем более, что и по своему значению, и по качеству она действительно «№ 1».
До возвращения Окинавы Японии американцы не разрешали строить на этой трассе пешеходные эстакады и светофоры. Теперь красными, желтыми и зелеными огоньками путешественнику подмигивают все более или менее важные перекрестки, а возле каждой остановки автобуса выросли голубые пешеходные мосты.
Город появился внезапно после очередного крутого поворота. Слева показались ряды портовых кранов, справа небольшой стадион. Его огни отражались в воде озера Манко. С бухтой озеро соединяет неширокий канал. Переехав через него, мы сразу очутились в городе.
Когда-то очень давно с холмов Сюри открывался вид на небольшую рыбацкую деревушку Наха, которая была расположена посреди острова, отделенного от резиденции монархов нешироким проливом. В 1451 году пролив был частично засыпан. Торговые склады и конторы ростовщиков вытеснили рыбацкие хижины. Королевство торговало со многими странами, и постепенно вместе с увеличением масштабов операций окинавских купцов росли кварталы Нахи. В 1879 году город стал административным центром новой префектуры.
После американских бомбежек на месте кварталов Нахи осталось только пепелище. Но город не только быстро встал из руин, но и вырос. Некогда блистательная столица Сюри была включена в территорию Нахи как один из ее районов. С 1972 года Наха вновь — административный центр префектуры.
С самолета город кажется беспорядочным скоплением двух- и трехэтажных строений с плоскими вопреки традиционному архитектурному стилю крышами. Как скалы среди моря вознеслись многоэтажные конторы иностранных и японских компаний, крупнейшие универмаги и ультрасовременные гостиницы. Таких зданий немного.
Наха — один из самых тесных городов мира. На один квадратный километр здесь приходится свыше 11,5 тысячи человек. Если учесть его малоэтажность, более тесного места не сыскать. На этом клочке земли собралось около трети миллионного населения префектуры. Сюда стекаются в поисках работы жители отдаленных островов, которым зарево огней над большим городом и блеск его витрин кажутся вестниками будущего счастья.
Но расти городу вширь мешает колючая проволока с желтыми табличками. Черные иероглифы и буквы английского алфавита предостерегают: «Осторожно, эта территория охраняется сторожевыми собаками». За проволокой — американские и японские военные базы. Они занимают более четверти «самого тесного в мире города».
Свыше 3,5 квадратных километров отняла у него авиабаза американских ВМС и ВВС. Часть своих ангаров она предоставила в распоряжение японских сил самообороны. Около одного квадратного километра позаимствовал военный грузовой порт с его причалами, кранами, складами, административными зданиями, стоянками автомобилей. С точки зрения навигации занятую им бухту можно считать идеальной. Даже когда море штормит, тут полный штиль. Волны не в состоянии прорваться через узкие вытянутые ворота. Рядом, вдоль шоссе № 58, выстроились склад-рефрижератор и центр бытового обслуживания. В северо-восточной части Нахи вольготно разместился городок для семей военного и обслуживающего персонала огромных складских помещений Макиминато. Проблемы жизненного пространства там не существует. Приземистые коттеджи окружены просторными безупречно подстриженными лужайками. То тут, то там сквозь забор видны детские площадки с качелями, каруселями и песочницами. О такой роскоши дети Нахи могут только мечтать.
Шоссе № 58 — самая широкая улица города. Только по ней можно ехать достаточно быстро. Другие улицы, а в общей сложности для города с трехсоттысячным населением их немного — десятка два, узки. Они забиты транспортом и пешеходами, и двигаться по ним непросто.
Однако в день приезда на Окинаву я об этом еще не знал. Мы промчались по шоссе № 58, и я даже не заметил, как кончился город. Никакого дорожного знака на этот счет не было, а вереницы домов все тянулись и тянулись на многие километры. Лишь по названиям автобусных остановок можно было понять, что проезжаешь уже другие города.
Все дороги Окинавы — автомобильные, морские, воздушные — ведут в Наху. Там же начиналась и единственная на острове железнодорожная линия, полностью разрушенная во время войны.
Выставка «Экспо-75» расположилась на полуострове Мотобу в глухой северной части острова Окинава. Оттуда в «столицу» префектуры можно было попасть за два с половиной часа рейсовым автобусом с пересадкой в городе Наго или по морю. «Ховеркрафт» — судно на воздушной подушке — пролетал 80 километров, разделяющие Наху и Мотобу, за сорок минут. Катер на подводных крыльях — за час, большой теплоход компании «Рюкю кайун» (РКК) покрывал это расстояние за два часа.
В таком коротком плавании даже на большом корабле кают не дают, и мы довольствовались третьим классом. Попробуйте представить себе просторный зал, разделенный двумя проходами, по обеим сторонам которых на небольшом возвышении — отсеки для пассажиров, каждый около двадцати квадратных метров Друг от друга они отделялись невысокой перегородкой которая не мешала обитателям всех отсеков смотреть скверно настроенный цветной телевизор, прилепленный к потолку, словно ласточкино гнездо. Ни сидений, ни скамеек — просто ровный, покрытый довольно чистым паласом пол. Некоторые пассажиры сразу же задремали под мерный стук судового двигателя, другие уставились в телевизор. Тусклые лампы создавали в салоне полумрак. Неудивительно, что большую часть путешествия нам захотелось провести вне отведенного нам помещения.