Вульфен

— Честно говоря, я буду удивлена, если он вернется, но он был возле моего домика уже несколько раз, с тех пор как я приехала. Я пробовала пометить его дважды, но он сумел избавиться от чипа.

Он глубокомысленно кивнул, но его хмурый взгляд говорил, о том, что его мысли не такие уж и хорошие.

— У тебя есть оружие? — Даника уставилась на него.

— У меня есть пистолет-транквилизатор.

Его губы становились тоньше.

— Я говорю о таком, которое выпускает пули, — сказал он сухо.

Даника ощущала, как начинает проявляться ее характер.

— Я наблюдаю и изучаю животных. Я не пытаюсь их убить.

— Ты наблюдаешь за дикими животными, Дани, что означает, что они опасны. В любой момент ты можешь превратиться из охотника в жертву, — рычал он. — Если волк бродил возле твоего дома, возможно, он хотел совсем не поиграть.

Она смотрела, как он шел обратно по дорожке, которая отделяла их домики и, наконец, вошел внутрь, в то время как остальные члены банды наблюдали за ней и Блейном.

Блейн оставил после себя чувство беспокойства, которое ощущала Даника, это было чем-то новым для нее. Пробуя успокоиться, она пошла, расставлять припасы, которые купила. Джаред и Ксавье достали почти все, что могло поместиться в шкафчики и, при небольшой борьбе, в холодильник. Она нашла место, чтобы сложить остальное, думая, что ходить по магазинам, когда мозги где-то далеко — очень плохая идея, как и при посещении, будучи голодным. Она купила больше еды, чем когда-либо.

Даника была все еще нервной, когда закончила и поняла, что тоже не может продолжать злиться на Блейна или Джареда. Она привыкла к людям не понимающим, не одобряющим или просто считающим ее работу — хобби, — но она так не думала. Было приятным сюрпризом, узнать, что они так не считают. То, что они говорили, было просто незначительным раздражением, учитывая, сколько неприятного она выслушала за последние годы.

Она пробовала делать заметки в свой полевой журнал, с тех пор как приехала сюда, но ей это никак не удавалось, и быстро поняла, что нет смысла даже в него заглядывать. Она не знала, что можно туда добавить. Усевшись за статьи других исследователей, собранных ею, она стала снова читать их в поисках предположений, но мысли ее блуждали.

Наконец, она сдалась и просто села, смотря в окно.

Она не хотела признаваться самой себе, но знала, чем вызвано беспокойство. Пять потрясающе-красивых мужчин были по соседству, с фигурами атлетов, и ее гормоны носились со свистом у нее в мозгу, превращая его в кашу. Даника могла держать ее задницу в своем домике, но это не меняло того, что она хотела выйти к ним.

Хуже того, гормональный наркотик, распространяющийся по ее телу, подрывал ее здравомыслие. И это происходило очень быстро, она уговаривала себя, что это действительно хорошая идея, чтобы побрататься с парнями по соседству. Остается надеяться, что они уедут быстрее, чем она потеряет контроль над желаниями, но она не будет делать на это никаких ставок.

Все время, которое она пробовала сосредоточиться на примечаниях к работе, её мысли бросались туда-сюда в горячих спорах между гормонами и здравым смыслом.