Кто в тереме живёт, или Хроники мелкого рантье

Ч-чёрт!.. Шариковая ручка, до последней секунды писавшая замечательно, вдруг решает забастовать. Крылов вывинчивает стержень и, взглянув на просвет, убеждается, что тот – сдох. Тогда он тянется к пластмассовому стаканчику среди бумаг, в котором обычно болтается пара-тройка запасных стержней. Но вместо стержня или хотя бы завалящего карандашика его пальцы, как назло, ухватывают пустоту… Ч-чёрт!!!

В общем, остаётся последний шанс. А именно – замшевая машкина сумка, висящая у двери. Но для того, чтобы к ней добраться, придётся шагать через диван. А если шагать через диван, то Машка, обычно спящая сверхчутко, обязательно проснётся. И это, конечно, будет свинство с его стороны. Но! Если срочно не раздобыть что-нибудь пишущее, то он не успеет закончить этот дурацкий рассказик. И Машка, соответственно, не успеет его перепечатать. И тогда он завтра не забросит рукопись Стасу. А если он не забросит рукопись Стасу, то публикация в мартовском номере "Юмора и жизни" наверняка накроется медным тазом. Вместе со столь желанным гонорарчиком, который им давно учтён и даже мысленно потрачен…

Крылов снимает тапочки и осторожно идёт по самому диванному краешку – как раз там, где скрип пружин наименее воинствен. Затем он спрыгивает на пол и тут же оглядывается на Машку. Но Машка по-прежнему сладко сопит, с головой укрывшись пледом. Хо-ро-шо. Он на цыпочках подкрадывается к её сумке и, сунув руку в боковой карман, выуживает оттуда целую горсть ручек – от обычных тридцатипятикопеечных до перьевой паркеровской, упрятанной в футляр с алым бархатным ложем. Потом он тем же путём возвращается на место и быстренько пробегает глазами недописанный абзац. Так…