1
Верившие в скорое начало войны давно устали ждать, и раньше других – мсье Жюль. Всеобщую мобилизацию провели полгода назад, и хозяин «Маленькой Богемы» сдался. Луиза даже слышала, как он сказал, что «никто в нее и не верил, в эту войну». По его мнению, конфликт был не чем иным, как общеевропейской дипломатической сделкой, украшенной пламенными патриотическими речами и громогласными заявлениями, гигантской шахматной партией, в которой призыв под знамена сыграл роль дополнительного тура. Тут и там погибли люди – «Наверняка больше, чем нам говорят!», сентябрьская заварушка в Сааре[4] стоила жизни двум-трем сотням бедолаг, но: «Это все равно не война!» – заявлял ресторатор, высунувшись из приоткрытой двери кухни. Выданные осенью противогазы валялись на буфете, став предметом насмешек в комиксах. Все покорно спускались в бомбоубежища, совершая бесполезный ритуал, это были воздушные тревоги без налетов, затянувшаяся война без сражений. Только враг остался прежним, тот, с которым предстояло схватиться в третий раз за полвека, но он не собирался ввязываться в бой очертя голову. Дошло до того, что весной Генштаб позволил солдатам на фронте (тут мсье Жюль перекидывал тряпку в другую руку и воздевал указательный палец к небу, желая подчеркнуть немереный идиотизм ситуации)… завести огороды! «Вот ей-богу…» – вздыхал он.
Начало боевых действий на севере Европы (слишком далеко, на его взгляд) взбодрило беднягу, и он доказывал всем и каждому, кто соглашался слушать, что «союзники у Нарвика[5] задали такую взбучку Гитлеру, что долго это не продлится!». Считая тему закрытой, мсье Жюль переходил к любимым объектам критики – инфляции, цензуре ежедневных газет, времени без аперитива, блиндажам, авторитаризму властей районного очага (и в первую очередь старого хрыча Фробервиля), расписанию затемнений, цене на уголь… Неприкасаемым для критики оставалась только стратегия генерала Гамелена[6], которую Жюль считал безупречной.
– Полезут они через Бельгию, это как пить дать. А там их ждут, уж вы мне поверьте.
Луиза, разносившая клиентам тарелки с ягнятиной по-марсельски и луком-пореем под классическим соусом «винегрет»[7], заметила сомнение на лице одного клиента, бормотавшего:
вернуться
1
Макилванни, Уильям (1936–2015) – шотландский романист и поэт. Лэйдлоу – политический детектив. – Здесь и далее примечания переводчика.
вернуться
2
Гальдос, Бенито Перес (1843–1920) – писатель, крупнейший представитель критического реализма в испанской литературе. Прославился серией исторических романов «Национальные эпизоды. 1872–1912» в 46 томах. К 1912 году полностью ослеп, но продолжал диктовать свою прозу.
вернуться
3
Корнель, Пьер (1606–1684) – французский поэт и драматург, «отец» французской трагедии; член Французской академии (1647).
вернуться
4
Наземная наступательная операция французских сухопутных войск в Сааре, организованная в начале Второй мировой войны и продолжавшаяся с 7 по 16 сентября 1939 г. Ее целью было отвлечь немецкие силы и оказать косвенную помощь Войску польскому, которое в то время безуспешно пыталось организованно сопротивляться немецким войскам.
вернуться
5
Битва при Нарвике (9 апреля – 8 июня 1940) – серия сражений между немецкими армией и флотом с одной стороны и коалиционными силами Англии, Франции и Норвегии – с другой. Эта часть Норвежской кампании – первого этапа активных боевых действий Второй мировой войны в Европе – была проиграна союзниками.
вернуться
6
Гамелен, Морис Гюстав (1872–1958) – французский военный деятель, армейский генерал, главнокомандующий французской армией в начале Второй мировой войны.
вернуться
7
«Винегрет» – базовый классический соус французской кухни. Рецепт от Режиса Тригеля, бренд-шефа ресторана «Мост»: хересный уксус – 10 мл; дижонская горчица – 6 г; растительное масло – 50 мл; соль – по вкусу; сахар – по вкусу.
![Зеркало наших печалей [Miroir de nos peines] [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/4/4/6/0/zerkalo-nashih-pechalej-miroir-de-nos-peines-litres-download.jpg)
